Вкуси меня медленно полностью

Соски Ли'Ес затвердели, как будто тянулись к его мускулистой груди, теплу.

— Этого. Ты и я. Секс. — «Не можешь. Ты знаешь, что не можешь».

Завтра они разойдутся, и ей не позволят увидеть его снова. Отдаться ему сейчас — блаженство в обмен на целую жизнь в мучениях.

После оргазма, который он доставил ей ранее, было ясно, что ей понравится.

Однако где-то глубоко внутри, она подозревала, что если отдастся ему сейчас, то только добавит хаоса в свою жизнь.

Ли'Ес уже хотела, чтобы он принадлежал ей. Была им одержима.

Ещё больше желания, и она может постепенно умереть внутри, каждый раз беспокоясь о том, где он находился, с кем, и что, чёрт побери, он там делал.

Она подавила горький смех. «Зачем ты себя мучаешь?» Даже если бы они после смогли поддерживать отношения, то Джексон не захотел бы её. Не навсегда.

— Уверена? — наконец спросил он подобно соблазну воплоти. Его твёрдый член устроился между её бёдер. — Потому что я готов.

Ли'Ес с шипением втянула воздух, борясь с очередной волной сексуального голода.

— Это ничего не значит. Я единственная женщина под рукой. Конечно, ты меня хочешь.

Обжигающая ревность и собственничество пронзили её. Когда они разойдутся, кинется ли Джексон тут же в объятья другой женщины? В объятья хорошенькой, изящной, невыносимо плаксивой Кэти?

Ли'Ес обнажила зубы.

Он удивлённо моргнул.

— Что?

— Ничего. — Единственное слово было настолько резким, что само обнажало зубы.

Наклонившись, Джексон нежно коснулся губами её виска. Его губы обжигали, запечатлеваясь в ДНК, провозглашая женщиной Джексона.

— Всё, что тебе нужно сделать — сказать мне уйти. К тому же, я вовсе не хочу тебя, потому что ты у меня под рукой. Тебя я выбрал бы из множества других.

Жалящее возражение отказывалось формироваться. Прошла минута, другая.

Тело Джексона сильнее опустилось на неё, твёрдо, непреклонно, и её колени раздвинулись, предоставляя ему колыбель. Его мужественный запах окружил её, проникая в лёгкие, а из них в каждую клеточку тела.

— Что я для тебя значу? — спросила она напряжённо.

Возникла болезненная пауза. Джексон перевёл взгляд с Ли'Ес на изголовье кровати.

— Не буду врать и говорить, что люблю тебя. Я просто… если честно, то я не знаю, что ты для меня значишь.

— Я не твоя девушка. — Слова не были вопросом и предназначались не для Джексона, а для неё. Они были напоминанием: «Ты не его девушка. И никогда ей не будешь».

Джексон наклонил голову в сторону, снова посмотрев на Ли'Ес, пристально изучая.

— А хочешь быть?

«Да». Ненависть к Эстапу усилилась, когда она произнесла:

— Нет. Конечно, нет.

Его челюсти сжались и разжались, как будто он жевал что-то противное.

— В твоём тоне отвращение. Эта мысль настолько ненавистна для тебя?

Её желудок сжался в тысячи узлов. «Я ранила его чувства?»

«Вероятность, что он действительно оскорблён — восемьдесят восемь процентов. Уровни кортикотропина и адреналина в его крови повышены».

— Ну? — рявкнул Джексон.

Ли'Ес могла сказать да. Сделай она это, ей не пришлось бы собираться с силами и выпинывать его из своей спальни: он сам встанет и уйдёт. Секса не было бы и не пришлось бы волноваться о последствиях. Не нужно было бы раздумывать день за днём, что Джексон о ней думал. Она точно знала бы, что он её ненавидел.

Должно быть, Джексон увидел что-то в выражении её лица, потому что смягчился и нежно сказал:

— Расскажи мне, что происходит в твоей головке. Расскажи, что чувствуешь. — Он замер, на мгновение прикрыл глаза и застонал. — Боже мой! Только что понял, что я — Кэти.

— Не понимаю.

Он насмешливо покачал головой.

— Подо мной красивая женщина, а я прошу её обсудить чувства и будущее. Чёрт, да я хочу их обсудить. Я жалок.

«Не тай. Не тай, мать твою».

— Слушай, Джексон, дело не в тебе, ясно? Дело во мне. Я не могу ни с кем встречаться.

— Как будто я не слышал этого прежде. Как будто сам этого не говорил. — Покачав головой, он начал отстраняться от неё.

Не в силах остановиться, Ли'Ес обернула руки вокруг его талии, удерживая на месте. Твёрдые мышцы под её ладонями дёрнулись, как будто потянувшись к ней, желая большего. Она не могла позволить себе познать удовольствие от самых интимных прикосновений этого мужчины, но также не могла и причинить ему боль, отправив прочь.

— Я не рассказала тебе свой секрет, — произнесла она, облизав губы, с бешено бьющимся в груди сердцем. «Я действительно собираюсь это сделать?» Он только выгнул бровь. — Если бы я была с тобой, то не смогла бы оставаться верной. — Щёки покраснели от унижения. «Скажи это. Расскажи ему остальное». — Когда мне приказывают удовлетворить объект, я это делаю. — Всего несколько секунд назад ей не хотелось причинять Джексону боль, и она решила открыться, чтобы не ранить его отказом.