Положив трубку, Владислав глубоко вздохнул, ему не нравилась работать с американцами - те делали все быстро, не давая возможности артистам отдохнуть, но он сам согласился на эту роль ради приличных денег и отныне стоит терпеть. Приняв душ и переодевшись в чистую одежду, он спустился на первый этаж. Расторопные японцы, все также кланяясь с улыбками, предложили чай, но Влад отказался - с минуты на минуту подъедет автомобиль. И только стоило ему об этом подумать, как портье сообщил, что шофер уже поджидает на улице. Первая остановка была у салона красоты, где нужно было сделать прическу. Парикмахеры по виду уже ждали его прихода и, улыбнувшись с поклоном, пригласили присаживаться в кресло. Помимо японских сотрудников, там работала еще американка - молодая леди с серьезным лицом, которой довелось стать личным стилистом артиста.
Что вы будете со мной делать? - заигрывающим дружелюбным тоном спросил Влад, пристально оглядывая девушку в отражении.
Мы выкрасим их в черный цвет, а затем завьем.
Как ваше имя, мисс? - поинтересовался он.
Бренда. - молвила та несколько смущенно.
А я Владислав Шейбал.
Я вас знаю, видела пару раз в фильмах.
Больше спрашивать ее Влад не стал, так как Бренда принялась за работу, хотя сама фраза "про пару фильмов" остро кольнуло его в грудь, задев скрытое самолюбие. Как так "пару фильмов", кричал его разум, если он, не жалея себя, играл без перерыва в десятках кинокартин, но больше - в театре? В конце концов, принялся он успокаивать сам себя, девушка еще слишком молода и у нее не было возможности посмотреть все фильмы в его участием.
Через полтора часа после всех мучений с покраской, бигудей и сушкой под горячей струей воздуха Владислав взглянул на свое отражение в зеркале, еле сдерживая смех. Всю жизнь его темные волосы, обрамляющие смуглое лицо, были прямые, негустые, а теперь его голова походила на взъерошенный одуванчик - только черного цвета.
Вам нравится ваша прическа, мистер Шейбал? - вежливо поинтересовалась Бренда.
Да, очень... спасибо, - с улыбкой ответил тот.
Сейчас предстояло вновь вернуться в отель, машина ждала у входа, но Влад наотрез отказался садиться в автомобиль, предпочтя прогуляться до Хирохито пешком, благо, он запомнил обратный путь.
Но как вы пойдете в таком виде, с такой прической? Над вами будут все смеяться, - озадаченно воскликнула Бренда, всплеснув руками.
Мне все равно, - равнодушно ответил он. "Я прошел в жизни через такой ад, что меня более ничего не трогает", - хотелось добавить к ответу, но Влад промолчал, толкнув дверь. Волна горячего воздуха японского лета обдала его лицо. Вытерев мокрое лицо носовым платком, Владислав упрямо зашагал по улице, не обратив внимание на своего водителя. Как и предупреждала Бренда, японцы с нескрываемым любопытством глядели в его сторону, несколько молодых людей обменялись между собой словами - скорее всего, с нехорошим смыслом, и засмеялись. Однако, Владислав продолжил свой путь, он не понимал японскую речь и ему было все равно, что местные жители думают о нем.
В отеле - и вновь не было ни малейшей минуты на отдых, Влада повезли в токийскую киностудию для примерки костюма. Комфортный автомобиль несся по главному проспекту Гинзы, а Владислав с затаенным восхищением оглядывал мелькавшие высокие небоскребы и маленькие азиатские лавочки, современные торговые центры и традиционные японские рынки, где можно было приобрести все, начиная от палочек для еды и заканчивая кимоно, а также подешевле купить свежую рыбу и фрукты из местных садов - много лучше магазинных. Такое сочетание запада и востока, европейской и азиатской культур видел он в Токио, одном из самых крупных, густонаселенных городов мира.
Вскоре проспект кончился и машина свернула налево, позади остались торговые центры, здания офисов и жилых домов, их взору открылись высокие широкие ворота киностудии, которые отворились сами собой и автомобиль поехал дальше по ровной дороге к главному зданию. Владислава раздирало любопытство, он вспомнил свой первый опыт в британском кино о Джеймсе Бонде, тогда он также вот ехал в машине на территории студии, а со всех сторон, сменяя роскошные декорации, являлись удивительные миры: Средневековье, дикий Запад, корабельная гавань, дворцы, водопады. Влад поражался изобилием сцен, но ныне, за столько лет привыкнув ко всему, объездив полмира, с машинальной улыбкой осматривал актеров и членов массовки в национальном кимоно, в самурайских доспехах. Вдалеке щипали траву стреноженные высокие лошади, которых готовили для съемок в "Сегуне". Миновав еще одни ворота, машина остановилась. Водитель указал на отдельный отсек большого здания, сообщив, что там находятся примерочная и гримерная. Владислав отправился туда, горя нетерпением увидеть свой наряд капитана, который, если судить по книге, выглядел великолепно. У входа артиста ожидал секретарь производственного отдела, он учтиво поклонился и велел следовать за ним. Влад только хотел было шагнуть на порог, как японец, немного смутившись, указал на его обувь, сообщил:
Нужно разуться.