— Ого. — Незнакомец восхищенно выкатил глаза, заполнив ими линзы очков. — Это чудо точно не относится к семейству кошачьих. — Кто ты, красавица? — Он смело протянул руку и почесал Мурзилку между ушей. И ведь эта предательница, моментально успокоилась, закатив глаза, замурлыкала и уткнулась в его ноги. — Первый раз вижу женскую особь, справляющую нужду таким мужским образом. Я очень хочу услышать ваш рассказ.
— А не боитесь, что после удовлетворения вашего любопытства, мне придется вас убить? — Я попытался его напугать. А сам в это время бешено искал варианты, отвязаться от любопытного товарища.
— Что вы. — Он рассмеялся. — Есть вещи, которые просто необходимо знать, даже если эти знания будут последними в жизни. Ну так как? Расскажите?
— Ну и что мне с вами делать?
— Давайте для начала познакомимся. Я Василий Федорович Пыльнов, Учитель математики в школе, ученики которой, в данный момент, навострив уши подслушивают наш разговор.
— Грост Фаст Кардир. — Буркнул на автомате я и осекся.
— Кто? — Собеседник не понял в начале моего ответа, но затем рассмеялся. — Теперь я начинаю что-то понимать, и вы просто так от меня не отделаетесь. — Он задумался. — Думаю, что с вашей красавицей в кафе нас не пустят. Предлагаю пойти ко мне домой. Выпить по чашечке коньяка, если только вашей расе позволяет пищеварительная система подобные напитки.
Я чуть не заржал, сообразив, что этот очкарик меня за инопланетянина принял. Его понять можно. Косяков я выдал тут прилично. Начиная с кота-крысы, и заканчивая именем. Но вот откуда это учитель математики столько знает о кошках? И как он вообще смог определить вот так, походя, пол Мурзика? И почему, эта скотина, хош, так легко его приняла за своего? Одни вопросы.
— Хорошо. Но разговаривать мы пойдем ко мне домой.
— У вас есть свой дом? Но в общем-то без проблем. Идемте скорее, не то я сгорю от нетерпения.
Коньяка у меня не было, зато присутствовала бутылка водки и шпроты. Мы ее быстренько уговорили, и Васек смотался за другой. Чего ты удивляешься, конечно, Васек. Раздавив пол-литра, даже враги подчас становиться друзьями. Ну а мы вообще довольно быстро нашли общий язык. Мне просто необходимо было перед кем ни будь выговорится, а его раздирало любопытство.
Выложил я ему всю свою историю, полностью и без утайки. А он сидел, восхищенно цокал заплетающимся языком, и чесал голову Мурзилки, мурлыкающей на его коленях, а что ты хочешь, после литра спиртного, выпитого на двоих, как он вообще еще чего-то соображал.
Знакомство со свитягой привело моего гостя в восторг. Еще бы было по-другому. Увидеть живую лампочку, да еще и поболтать с ней, пусть и через переводчика в моем лице, разве это не чудо. В итоге подлый Штросс, перекочевал на плечо очкарика Васи.
В общем, итогом нашего разговора, было полное предательство моих спутников: Мурзилки и Штросса, отдавших свои подлые симпатии новому знакомому, и не сводящие с него восторженных глаз, а также мое обещание непременно забрать Василия с собой на борукс. А также, последовавшее за бурным возлиянием, жесткое похмелье с утра, двух спящих валетом на одеяле на полу у кровати тел. Где еще было спать? Мурзилка в наглую приватизировал постель.
Василий оказался интеллектуалом, ходячей энциклопедией, и вообще очень сообразительным мужиком, авантюристом — сорвиголовой. Вообще своим парнем в доску, хотя и откровенным «ботаником». Как он с таким характером был еще и учителем в средней школе, непонятно, но профессию свою обожал, а ученики в нем души не чаяли. Однако все это не помешало ему уволиться, и в один день и получить расчет. На закономерный вопрос с моей стороны:
— На хрена тебе это было надо?
Ответ был не менее тупым чем выдал бы я сам в подобной ситуации:
— Так мы же в другой мир уходим.
Вот с чего он взял, что нам удастся вообще туда попасть, в этот новый мир? Портал ведь может никогда больше не открыться. Его такая уверенность пугала, и давала надежду одновременно.
В итоге мы решили, переселиться в виде туристов — экстремалов поближе к месту возможного перемещения, и там ждать чуда. Закупились необходимыми предметами, благо финансов хватало. Денег Васи, полученных при расчете с работы, плюс его и моих скромных накоплений на черный день, хватило на палатку, три спальных мешка, Мурзилке то же надо где-то было отдыхать, она к зиме непривычная. Термосы, примусы, и прочую необходимую в путешествиях дребедень, на все хватило, даже осталось на покушать.
Разбили палаточный городок, недалеко от проезжей части, и наблюдая как крутят у виска проезжающие мимо водители, принялись ждать. Вот потому-то и стою я сейчас на обочине и мыслями дурными себя развлекаю, от безделья.
— Лейтенант Суконкин. Предъявите ваши документы.
Вот какого рожна ему от мня надо? Чем мы могли помешать доблестным защитникам правопорядка? Сидим тут четвертый день, никого не трогаем, отвечаем шутками, тупые вопросы, задаваемые из проезжающих, и притормаживающих около нас автомобилей. Ту еще этот товарищ в погонах и с дубинкой на поясе, нарисовался.
