Владимир был хорошо укреплен, и в нем остался большой гарнизон. Судя по сообщению Лаврентьевской летописи, можно полагать, что Юрий оставил в городе свои основные войска, ибо «выеха Юрьи из Володимеря в мале дружине, урядив сыны своя в собе место, Всево[ло]да и Мстислава». Его сопровождали племянники Константиновичи — Василько, Всеволод и Владимир. На Сити, где возник стан Юрия Всеволодовича, стали собираться войска. Между тем татары подошли к Владимиру и 2 февраля 1238 г. осадили его. Ровно через неделю он был взят, жителей перебили до «сущего младенца».[405] Был взят также и Суздаль. Захватив Владимир «оканнии ти кровопиици, и ови идоша к Ростову, а ини к Ярославлю, а ини на Волгу на Городець, и ти плениша все по Волзе, доже и до Галича Мерьского, а ини идоша на Переяславль, и то взяша, и оттоле всю ту страну.,».[406]В конце февраля произошла кровопролитная битва на Сити. Татары вновь применили обходной маневр, и, несмотря на ожесточенное сопротивление, русские войска были перебиты. О том, насколько ожесточенным было сражение, можно судить по следующему факту: командующие войсками, владимиро-суздальские князья, были либо перебиты, либо захвачены в плен. Спасся только один Святослав. Погибли великий князь Юрий, его племянники Всеволод и Владимир. Василько попал в плен. Ярослав не успел подойти к Сити со своими войсками. Летописец кратко и скорбно подвел итоги заключительного боя: «бысть сеча зла».
Битва на Сити вписала последнюю страницу в историю Владимиро-Суздальской земли. Отныне история северо-востока Руси развивалась во взаимодействии с внешним фактором — политикой Золотой Орды. Страшная сила татаро-монгольского ига надолго вторглась в жизнь русского народа. Она не остановила развития и поступательного движения общества, но во многом их тормозила и деформировала. Татаро-монгольское иго было постоянным тормозом политического, экономического и культурного прогресса. По своей природе оно было материализованным символом регресса для всех народов Европы и Азии, от Балтики до берегов Тихого океана.[407] И все же разгром Владимиро-Суздальской земли, массовое убийство жителей, почти полное уничтожение народного хозяйства не остановили поступательного движения русской истории. Государственность была сохранена. Значение этого фактора трудно переоценить. Сохранение статуса государства, несмотря на его классовый характер, во многом способствовало процессам, связанным с базисом и надстройкой общества, а следовательно, развитию общественного строя и политическим и экономическим отношениям. Роль государства в этот критический период русской истории была исключительно важной. Значение сохранения государственности, видимо, в известной степени понимали и современники. Пример Волжской Болгарии, буквально развалившейся под ударом монголов за полтора года, был перед глазами. Вот почему летописная запись о восшествии Ярослава звучит необычайно торжественно и подразумевает определенный контекст: «Ярослав сын Всеволода великого седе на столе в Володимери. И бысть радость велика хрестьяном ихже избави Бог рукою своею крепкою, от безбожных Татар, и поча ряды рядити, яко пророк глаголет Богове суд твои церкви дажь, и правду твою сынови царстви, судити людем твоим в правду, и нищим твоим в суд, и потом утвердися в своем честном княжении».[408] Летописец подчеркивает, что обычный порядок, традиция государственного устройства сохранены. Князь рядит ряд с вечем, заключает договор, садится на стол великого княжения во Владимире, управляет и судит. Другими словами, подчеркнуты обычность, возвращение к нормальной практике жизни общества, к повседневному функционированию государственных институтов. В Лаврентьевской летописи в статье под 1238 г., где помещено сообщение о начале княжения Ярослава, читаем: «Тогож лета было мирно».[409] Эта запись даже выделена киноварью. Еще, пожалуй, более определенно сказано в своде 1480 г. В памятнике также сообщается о начале правления внука Юрия Долгорукого: «Ярослав же, сын великого князя Всеволода Юрьевича, пришед седе на столи в Володимери и обнови землю Суждальскую и церкви очистив от трупия мертвых и кости их сохранив и пришелци утеши и люди многи собра. И бысть радость велика християном, их же избави Бог рукою своею крепкою от безбожных Татар».[410] Как видим, здесь также акцентируется внимание на том, что государственная власть сохранилась, восстановились ее традиции, одновременно началось «обновление» земли, «сбор» населения, реконструкция разрушенного и уничтоженного. Продолжалась жизнь, правда, уже в новых условиях развития. Начался ее новый этап. Летописец превосходно это понимает и подчеркивает в тексте. С ним трудно не согласиться. Действительно, начался новый период истории русского народа. На смену Владимиро-Суздальской Руси шла Русь Московская.
