— Вы не знаете и половины того, что происходит на самом деле, — поспешила сообщить Ребекка художнику и сказительнице. — Гален рассказал нам о том, что творится в Эрении, и это еще страшней и запутанней, чем мы думали.
— Мы слышали, — просто сказала Эннис. Несколько мгновений прошло в удивленном молчании, прежде чем Ребекка наконец обрела дар речи.
— Вы слышали все? — тихо спросила она.
Кедар кивнул.
— Во сне, — пояснил он. — Сны порой бывают очень полезными.
— С утра мы сравнили наши впечатления и поняли, что происходит, — добавила Эннис. — Ты держался молодцом, — закончила она, обратившись к Галену.
— Да и повезло изрядно, — кивнул тот, все еще не совсем понимая, о чем, собственно говоря, идет речь.
И вот они все на какое-то время замолчали, предавшись собственным размышлениям каждый. Ребекка уже понимала, что она прядет сновидения по большей части по наитию и уж никак не управляет ими, все происходит как бы само собой. И от этой мысли ей стало еще более неуютно. «Твой дар бесспорен, но тебе предстоит еще многому научиться». Галена она заставила прибыть сюда сознательно — так ей, по крайней мере, хотелось думать, — но почему к ней потянуло Кедара? «Истинное волшебство проявляется само собой». На сей счет она была, впрочем, не слишком уверена — и это только усиливало ее смущение.
— Ладно, — решительно оборвала размышления Эмер. — У нас и так уже целая куча всяческих зацепок… и еще у вас есть несомненные способности… у всех четверых…
— Ты тоже во все это замешана, — торопливо вставила Ребекка. — Нравится это тебе или нет.
— Не понимаю, честно говоря, при чем тут я, — фыркнула Эмер. — Но с превеликим удовольствием привнесу природную сообразительность в намечающуюся дискуссию. Нам необходимо прийти к каким-то выводам. Так что остается только правильно приложить силы, — заключила она.
Это мгновение и выбрал Кусака, чтобы напомнить о своем присутствии. Неожиданно мяукнув, он тем самым как бы согласился с мнением, высказанным Эмер. Все посмотрели на бика, потом перевели взгляд на Ребекку. Девушке стало ясно, что все ждут от нее, чтобы она взяла на себя руководство, и она понимала, что ей так и надо поступить, но не знала, с чего начать.
— Нам известно, что государству Эрения угрожает опасность со стороны барона Ярласа и наемников, — взяла инициативу в свои руки Эмер. — И мы знаем некоторые очевидные причины происходящего. Но мне кажется, что за всем этим скрывается нечто большее.
— Нечто волшебное, — вставила Эннис.
— Все это не имеет никакого другого смысла за исключением того, что это сущая правда, — согласилась Ребекка.
— Я уверен, что во всю эту историю замешаны монахи, — продолжил Гален. — Дэвин намекнул мне на это, да они ведь и так совершенно… ненормальные. Достаточно посмотреть на них, чтобы оставить на сей счет малейшие сомнения! И синий камень, который вручил мне Хакон, был волшебным, — в подкрепление своих слов заметил он. — Это было какое-то опознавательное и следящее устройство. Им воспользовались, чтобы следить за мной и за Бет. — Он ненадолго умолк, потому что ему пришла в голову новая мысль. — Клюни говорил, что идет приливная волна волшебства. «Оно спало долгие века, — процитировал он по памяти, — но сейчас что-то случилось, и оно становится с каждым днем все сильнее и сильнее».
— Что-то… — вполголоса пробормотала Ребекка.
— Но почему именно мы? — спросил Кедар. — Я х-хочу сказать, у нас с Эннис, к-конечно, хватит способностей, ч-чтобы п-показать на ярмарке п-парочку фокусов, но этого едва ли достаточно для решения задач, стоящих перед страной. И совершенно ясно, что Ребекка обладает даром Прядущей Сновидения — но чем может помочь даже это?
— Все дело в том, что мы вместе! — Впервые за долгое время Ребекка ни на йоту не усомнилась в справедливости своих слов. — Это не случайное совпадение. Вы двое — колдуны. И нечего от этого отрекаться. А Санчия поведала мне, что пряжа сновидений может быть использована как связующее звено между подлинными волшебниками со всем их могуществом. — Она сбилась и внезапно смешалась. — Только я не знаю как, — чуть ли не плача закончила она.
— Может, нам удастся помочь тебе это выяснить, — вмешалась, подбадривая подругу, Эмер.
Ей не хотелось, чтобы Ребекка спасовала именно сейчас, когда они вроде бы вышли на верную дорогу.
— Мы трое и впрямь как-то связаны, — с надеждой в голосе вставил Гален.
— И мы доказали это в ходе шахматной партии, — добавила Эмер.
— И в сновидениях, которые видели потом, — заключил он.
— А в чем, по словам Санчии, заключается высшее искусство прядения сновидений? — поинтересовалась Эмер.
— Ты можешь ткать сны и использовать их при свете дня, — сообщила Ребекка.
— Что ж, именно это ты и проделала во время партии в «живые шахматы», — возбужденно провозгласила ее подруга. — И теперь тебе предстоит заняться тем же самым, только уже в полную силу! А мы двое по-прежнему будем помогать тебе. Кто знает, чего тебе удастся добиться!
— Но…
