Правая тьма выросла, и Мрачноглаз увидел, как Мирокрай рушится: дома взрываются от невидимой силы, снег самовоспламеняется, а люди падают, сраженные тем же невидимым, но невероятно злобным врагом. Его отец уже лежит в озере крови, а рядом с телами Лосихи и Грибницы рассыпается Купчиха.
— Поражения — это неотъемлемая часть пути воина, — заявил Пискля. — Вам-то стоит привыкать к ним, раз вы вступили на этот путь, будучи вами.
Вся компания сидела в своей полюбившейся таверне, и мрачно (кроме Крыса) ковырялась в еде.
— Поражения есть поражение. Всегда лучше победить, чем не победить, а учиться лучше на чужих ошибках. Но мы все живы и сможем выжать пользу из своих уроков, — философски заметил Первак, но все ещё не упились собственным поражением и проигнорировали его мудрые слова.
— Пискля, тебе кажется, что твоё имя слишком хорошее? Иначе бы ты так словесно не вонял, добиваясь его смены на Вонючку, — хмуро бросил ему угрозу Мрачноглаз. Сейчас он полностью соответствовал своему имени.
— Избранный хотя бы отомстил за моё позорное поражение достойным поражением — заставил ту красную ведьму попотеть и даже дёрнул её за хвост, — Принцесса постаралась привнести жизнерадостность в разговор, но на последних словах подозрительно уставилась на Мрачника, как Заноза, когда речь тоже шла о хвосте. — Не могу не отметить, что это был очень близкий бой… для пращника.
— Так что вы теперь будете делать? Украдёте воздушный корабль? Учтите, что у Доминики есть только одно правило, касающееся воровства у неё: смерть, если попадётесь, — сказал Сэйфо. Казалось, ему не терпелось избавиться от пустынников или, по крайней мере, от одного пустынника с одним глазом.
— Отличная идея, Сэйфо, — похвалил враждебного южанина Мрачник. — Воровство — это выход. Но турнир ещё не закончен. Стужа победил Бергу? Значит, в финале встретятся он и К'тр'зар? Что будет, если один из них не сможет выйти на бой?
— Семирамид не обрадуется этому. Он, скорее всего, найдёт замену, чтобы шоу состоялось, — задумчиво ответил сын Фатроня, неохотно осознавая замысел Мрачноглаза. — И, скорее всего, это будут участники полуфинала. Но все подумают, что это они бесчестно и подло избавились от тех, кто честно и открыто победил их.
— Именно так, как любит Доминика. Она не будет возражать, если всё равно получит зрелищный бой, — Мрачноглаз обвёл взглядом друзей и Сэйфо. — Или у кого-нибудь тут завалялась честь, с которой он не хочет расставаться?
— Избранный, ты такой злодейский! — с придыханием произнесла Принцесса.
Пискля разочарованно через свободные губы выпустил из лёгких воздух, что было странно, учитывая, что у него не было ни губ, ни лёгких.
— Как мы это сделаем? — Первак прервал неуверенное поднятие руки Сэйфо, и тот сделал вид, что и не собирался ничего поднимать.
— Если мы похитим Стужу, то затем нам придётся похищать и Бергу, — Мрачноглаз предпочёл бы этот вариант, чем подвергаться риску ещё раз увидеть разрушенный Мирокрай, но он понимал, что это более сложный путь, который никак этот риск не уменьшает. — А они довольно крупные… существа, в отличие от К'тр'зар.
— О, ты её тело хорошенько изучил, Избранный, — нахмурилась Принцесса. — И мне кажется, или ты говоришь её имя правильно?
— Крыс, ты ведь должен был следить за нашими соперниками, что ска… покажешь на счёт К'тр'зар? — спросил Мрачник.
— Точно то же самое имя! — нахмурилась ещё сильнее Принцесса.
Крыс оторвался от вылизывания тарелки и кивнул. Он показал Сар-Керат, обозначив рога и мотнув хвостом, преувеличенно крадучись на цыпочках и поджав ручки (так он выглядел органичней, чем обычно), вышел из дворца, зачем-то закрыл его на ключ, словно это была обычная входная дверь, и ушёл куда-то пальцами, так далеко, что махнул рукой на показывание такой дали.
— Отлично, Крыс! — похвалил его Мрачник. — Мы будем следовать за ней и ждать удачного момента для похищения. Ты пойдёшь с нами, на случай, если мы потеряем её. Тогда ты легко найдёшь её по запаху. Ты ведь такой хороший нюхач.
Крыс пожалел, что он такой хороший нюхач.
