– Да. Весной орлы захлебнуться в собственной крови. Варки стаей и в горы поднимутся, когда сожрут всех в низине.
Сакура побелела и готова была упасть в обморок, но он сжал так сильно, что она невольно вскрикнула.
– Не стоит идти против меня, даже мыслями. Ты теперь моя, и будь готова к принятию моих устремлений во всём.
Она промолчала, но жуткий страх сжал даже горло – варки это ад на земле для любого живого существа.
Под ними остались все поля, и показалась серая лощина. Ворон вылетел на середину и спустился на несколько метров вглубь. Орлица от ужаса распахнула глаза: множество мелких тварей скулили и прыгали друг на друга. Роланд, держа её одной рукой, другой – достал кинжал и быстро полоснул по своему запястью, глубоко порезав кожу, кровь закапала вниз.
– Зачем? – со страхом взвизгнула.
– Смотри… – его взгляд устремился на хищников.
Варки взбеленились, почувствовав запах крови, подняли носы, нюхая во все стороны, и когда унюхали капли крови на одном из своих, бросились на него и разорвали в клочья. Столько зловещего воя, леденящего душу, Сакура ещё в жизни не слышала, сердце ухнуло куда-то в пятки, дыхание замерло. Роланд, посмотрев на её бледное лицо, расхохотался. Варки начали лезть друг на друга и прыгать вверх. Он отлетел выше ещё на пару метров.
– Какие кровожадные щенки.
– Ты… сумасшедший, – её голос раздался как из могилы.
– А ты не боишься, что если я тебя сейчас брошу туда?
Сакура сжалась, рот приоткрылся.
– И полюбуюсь кровавым зрелищем.
– Н-н-не-надо, – она перевела дыхание. – Сохрани мне мою душу.
– Хорошо, тем более что твоё молодое тело меня ещё дико возбуждает. Ты готова приласкать меня сама, без принуждения? – его обсидиановые глаза смотрели в душу и шевелили волосы на затылке вместе с громким скулением варок.
Она кивнула.
– Я всё сделаю, всё.
– Отлично, – он прислонил губы к пульсирующей жилке под мочкой уха. – Я хочу, чтобы ты приласкала меня языком, хочу втолкнуться в твой рот, до самого горла.
Орлица поняла, что у неё нет выхода, как только полностью покориться и опять кивнула. «Бог орлов, он совсем сумасшедший. Но… что же я таю в его руках и истекаю, как последняя шлюха? Его дьявольские глаза меня сжигают. Я теряю с ним себя, честь, волю. Ворон поганый».
Он взмахнул крыльями и сделал низкий вираж к варкам, пролетев прямо перед их жадными пастями, будто специально щекоча нервишки себе и молодой женщине, и быстро поднялся ввысь. Орлица уже совсем окоченела, когда они залетели в замок на балкон его спальни. Роланд открыл дверь и вошёл, поставив её на пол, как куклу, закрыл. Сакура сразу почувствовала тепло от камина и приятный можжевеловый аромат от весело потрескивающих брёвен, сложенных за чёрной кованой изящным орнаментом оградой горкой.
Он начал раздеваться, откладывая вещь за вещью на деревянный стул с мягким сиденьем и высокой спинкой. Вскоре предстал перед ней голым, расставив широко ноги.
– На колени, ласкай меня.
Орлица присела у его члена и неумело взяла в рот.
– Облизывай, старайся, хочу почувствовать твою готовность доставить мне удовольствие, – его властный голос и такое поведение, как назло возбуждало её до предела. Она начала облизывать гладкую головку. Роланд сделал пару толчков, и орлица осознала, что это тяжело. Она не понимала, как доставить ему, таким образом, удовольствие, если он дико мешал во рту и совсем не давал дышать.
– Не двигайся, просто расслабься.
Сакура замерла, а он стал трахать её рот, вбиваясь в самое горло. Толчок, ещё толчок, она поняла, что сейчас задохнётся, так как член бился в горло, но уже и сама всей душой захотела, чтобы он пришёл к апогею.
– Попробуй засосать, только зубы убирай, – прохрипел.
И она сделала это, как и сама не поняла, засосала сначала робко, потом, заметив его лёгкое дрожание, сильнее и сильнее. Минута, две, три и… оргазм Роланда накрыл их обоих: сперма заливала весь рот, но она была счастлива, счастлива от того что смогла. «Получилось, я доставила ему удовольствие».
– Уходи.
Орлица вздрогнула, ожидая совсем других слов, и подняла непонимающий взгляд.
– Ты справилась. Уходи к себе.
Она встала, вытерла рот кружевным платочком, который достала из корсета и вышла. Вугор уже стоял за дверями в ожидании.
– Госпожа, я вас провожу.
– Как там мой сын? – её приглушённый голос совсем не казался счастливым.
– Всё хорошо, он с кормилицей уже в своих покоях.
– Как в своих? Где?
– Это приказ владыки. А вам сейчас стоит отдохнуть.
Орлица сжала кулаки и стиснула зубы: «Он уже и сына у меня забрал. Я здесь никто, всего лишь его наложница. Но… я не хочу обратно. Не хочу отдать свою жизнь на благо государства. Я хочу любви. Его любви».
Вугор довёл её до покоев, поклонился и ушёл.
