После мы с инструктором сидели на измятой и всклокоченной траве около оставшегося факела. Эльф в себя не приходил. Серолицый, в остатках паутины, он был просто беспомощным существом, попавшим в беду. Вот только как это могло случиться?..
— Придется нам тащить его на себе, — хриплым голосом произнес Боггет, когда заметил, куда я смотрю.
— Боггет, а он безмирник? — спросил я.
— Да, он безмирник.
— Я думал, все безмирники сильные.
— Да, все сильные… Но не все удачливые, — Боггет поднялся. — Смотри, сейчас фокус покажу.
Он подошел к останкам паука и прикоснулся к ним. Раздался короткий мелодичный перезвон, во все стороны брызнули крошечные золотистые искорки, обугленная туша исчезла, а на ее месте, прямо на земле появились аккуратно сложенные когти паука, его глаза, жвалы, кусок чего-то бледно-розового, похожего на губку, и неопрятная серо-зеленая лужица.
— Вот же, одна алхимия, — пробормотал Боггет себе под нос. — Но хотя бы редкая…
Он прикоснулся к материалам, и все, кроме лужицы, исчезло.
— Это называется лутнуть, — вспомнив о моем присутствии, пояснил инструктор. — Саму добычу называют лутом или дробом. Это могут быть деньги, вещи, свитки с навыками или заклинаниями, алхимические ингридиенты — вот как в нашем случае.
— А куда ты их дел? — поинтересовался я. — И почему лужа не исчезла?
— В инвентарь убрал. Вернемся в деревню — сдам скупщику, деньги будут. А лужа — это желчная слизь, под нее тара нужна, а у меня нет. Да и наплевать на нее. Идем.
В деревню мы вернулись к полуночи. В харчевне не гасили свет — ждали нас. Навстречу нам вышли Тим, Селейна и Эйб. Вероятно, выглядели мы так, что производили неизгладимое впечатление… на всех, кроме Селейны. Она, как всегда, была самой невозмутимостью.
— Моя помощь нужна? — спросила она. И я отчетливо вспомнил ту ночь, когда мы с Арси принесли в дом ее отца израненного человека, обеспечившего нас всеми этими приключениями. Селейна тогда произнесла те же самые слова. С той же интонацией.
— Да, — ответил Боггет и, указав на эльфа, добавил: — Нужно его осмотреть и приготовить кое-какие лекарства. Я объясню.
— Сэм, ты в порядке? — с тревогой в голосе спросил меня Тим.
— Ага… Вроде бы. Только очень хочется вымыться. Есть теплая вода?
— Найдется, — ответил Эйб. — Не только тебе она понадобится, похоже.
— Похоже, — согласился я.
Моих сил хватило только на то, чтобы вымыться и выстирать одежду. Отстирывая ил речного залива, в котором я побывал еще там, в своем мире, и грязь местных лесов, дорог и болот, и паутину, я клевал носом и уже готов был сдаться. Меня поддерживала только мысль о том, что это моя единственная одежда, а впереди, похоже, неблизкий путь и она будет вынуждена служить мне еще долго. Но если бы все это происходило у нас в городе, дома, я бы, не раздумывая, забросил все до лучших времен в дальний угол. Так я не пачкался даже во время самых сложных миссий с Ридой.
Закончив со стиркой, я обернулся полотенцем, развесил одежду на веревках на заднем дворе и тихонько прокрался в комнату, где для меня и Тима были приготовлены постели. Кажется, я уснул еще до того, как лег.
Когда я проснулся, солнце стояло уже высоко. Его лучи светили в окно, вырезая из воздуха комнаты золотисто-белые куски, как широким горячим ножом можно вырезать ровные куски из мягкого масла. В комнате я был один, но, судя по постели, заправленной кое-как, Тим тоже ночевал здесь, только проснулся раньше, уже встал и ушел. Я тоже поднялся — и тут же столкнулся с довольно сложной проблемой. Ничего из одежды у меня не было: вся она висела на веревках на заднем дворе. В постели валялось только скомканное, влажное со вчерашней ночи полотенце. Но не успел я впасть в панику — как-никак мне угрожала перспектива нагишом пробираться через чужой дом, где может быть кто угодно, — я заметил на табурете, стоявшем у окна, аккуратную стопку чистой одежды. Надо же, кто-то позаботился обо мне. Это было приятно.
Спустившись в зал харчевни, я никого не застал и вышел во двор. Там я увидел Тима и Аи, они возились с чем-то вроде ручной вальцовой мельнички. Кто бы сомневался, что Тим и в этом мире найдет, к чему применить свою наследственность. Будем надеяться, что он не соберет устройство, открывающее врата в какое-нибудь демоническое измерение.
— Привет, Сэм! — крикнул Тим, увидев меня.
— Доброе утро.
— День уже! — Аи оглядел меня. — Одежда Эйба тебе, я смотрю, подошла.
— Ничего, что я надел ее?
— Так для тебя же и было положено. Твою еще в порядок приводить и приводить, — он кивком головы указал на веревки, куда я повесил постиранную одежду. Да, я был о своих вчерашних усилиях неоправданно высокого мнения… Но это, по правде говоря, сейчас меня не сильно волновало.
— Что с эльфом?
— Он в порядке, — ответил Аи. — Спит.
— С ним Селейна сидит, — добавил Тим.
— А где Боггет?
— Пошел к старосте за вознаграждением, — сказал Аи. — А ты, наверное, есть хочешь? Пойдем на кухню.
