То есть пришли мы к неутешительному для некоторых товарищей выводу, что любой дом требует заботы, чтобы не превратиться в безжизненное нагромождение обшарпанных стен, где не работает должным образом ни один узел. Но ведь город – это тот же дом, только больших масштабов. И он, окаянный, тоже требует заботы! Сами по себе дороги в нём асфальтом не покроются, и новые комфортабельные дома не вырастут, как грибы.
Вот нужна дорога. Кто её должен делать? Начнём разбираться: пусть дорогу делают те, кому она нужна. Она нужна жителям города. Пусть они сами и делают! Но тогда получится в стиле «как кура лапой», а хочется, чтобы было сделано профессионально и добротно. В подъезде как-то выбили окно на лестничной площадке, пришёл какой-то пьяненький мужичок на подгибающихся ножонках из Жилконторы, криво вырезал многоугольник непонятной формы из стекла и вставил его в раму наперекосяк. Рама на половину стеклом не закрыта, снег в неё метёт, тает, окно гниёт. Словно не для себя сделал, не для своих, а для самых злейших врагов. Для соотечественников.
И была бы рама какой-то нестандартной формы, для которой требуется стекло редкого размера, какой ещё не везде и найдёшь. Так нет: обычное стекло, обычного размера, какого оно и поставляется в контейнерах. Но мужичка это не смущает и даже удивляет: «Чего вы в самом деле на такие пустяки внимание обращаете? Вы слышали, что в Карибском море… или в заливе, что ли, опять кризис назревает? Вот это проблема, так проблема, а вы о пустяках каких-то думаете. Стыдно так мелко мыслить в третьем тысячелетии!». Понятное дело, что других результатов труда от такого «крупногабаритно» мыслящего горе-мастера не добьёшься. Кто-то из жильцов подъезда принёс стекло из своей теплицы, общими усилиями оно было обрезано – и надо-то было отрезать два вершка с одного края – и вставлено в раму. То есть можно было и самим это сделать. Но тогда зачем существует Жилконтора?
Город можно захватить разными путями. Можно тупо завоевать его с огромными потерями и покорить население жестокими казнями, а можно… взять заботу о нём на себя. Эта забота труднее шумного завоевания, поэтому в большинстве случаев города завоёвывают именно силой оружия. Но если город можно «купить» заботой о нём, что же говорить о более крупном скоплении территорий и населения – о государстве? То есть мы снова приходим к мучительному для кого-то выводу, что и государство, будь оно не ладно, всегда остро нуждается в таком же хозяйском подходе, в обустройстве. И желательно (а где-то и необходимо) сделать это хорошо, добротно, а не «как кура лапой».
Можно ругать эту самую куру с её лапой, что не может она камни ворочать, дороги прокладывать, но вот не продумана она Создателем для этого! Для этого Им были созданы сильные и наделённые умом мужчины. Но они в составе некой комиссии стоят над протекающей трубой или по кабинетам сидят, отрастили себе животы и щёки. Ведь всюду у нас какие-то комиссии, ревизии, выезды, где по полсотни пузатых мужиков с портфелями толпятся над какой-то ямищей с кипятком, а парочка жилистых работяг в пару ликвидируют допотопными инструментами в виде кайла серьёзную аварию.
Мы как-то были в гостях у нашей бывшей классной руководительницы Анны Ивановны, когда она болела. Женщина она одинокая, пожилая, и это сразу угадывается по таким, казалось бы, неприметным мелочам, как неработающий утюг или пугливо обклеенные кусочками обоев электрические выключатели и розетки. Можно бы их перед оклеиванием снять, но не каждая женщина это умеет. Или вот лопнуло стекло в мороз. Что сделает нормальный мужчина в такой ситуации? Он вырежет новое стекло и вставит его в раму – не будем брать пример с описанного выше работника Жилконторы, который работать начинает только после алкогольного допинга, когда стеклорез от пассатижей в его глазах уже ничем не отличается. Женщина такую «глобальную» с её точки зрения операцию не может провернуть. Наша славная Анна Ивановна, например, трогательно заклеила трещину скотчем. По-девичьи или как та же кура лапой. А в ванной комнате у неё бельевая верёвка одни концом крепится за криво вколоченный в косяк крышкой от кастрюли гвоздик, а другим привязана к решётке вентиляции. Мужчина как бы сделал? Он бы взял дрель, закрепил кронштейны, натянул между ними верёвку. Понятное дело, что найдутся такие мужчины, которые тоже могут бельевую верёвку бантиком к водопроводной трубе привязать, потому что это так страшно и невыносимо трудно с дрелью-то управляться, что лучше сразу на войну какую-нибудь пойти и там пасть смертью храбрых!.. Но мы будем, говоря о мужчине, подразумевать такого мужчину, который не повесится на верёвке с горя, если женщина попросит его закрепить эту верёвку на балконе или в ванной, чтобы можно было его же носки сушить.
