Короче, мама получила очень хорошую работу в Атланте и хочет, чтобы Нора жила с ней, но Нора отнекивается: «Нет, ты сначала покажи мне хоть один пляж в Атланте, тогда поеду». В конце концов дошло до суда, и судья спросил Нору, с кем из родителей она желает жить, девочка чуть не выпалила: «Ни с кем», но вслух ответила: «С папой». Так что в пятнадцать лет она ездит в Атланту только на каникулы и на один месяц летом.
Что вполне терпимо, если прихватить с собой достаточный запасец хорошей травки.
Ребята в школе дразнят ее «шлюшка Нора», но ей плевать, да и им, по правде, тоже. Это не столько презрительная кличка, сколько констатация факта. Что еще можно сказать об однокласснице, которую после уроков увозят в разных «порше», «мерседесах» и лимузинах и ни одна из машин не принадлежит ее родителям?
Как-то днем Нора, совсем обалдевшая от травки, заполняет какой-то дурацкий опросник для наставника-руководителя и в графе «Занятия после школы» пишет «минет». Прежде чем замазать ответ, она показывает бланк своей подружке Элизабет, и обе хохочут.
И давай не сворачивай «лимо» к «Микки», где еду выносят прямо к машине. И никаких королевских бургеров, тако белл[58] и музыкальных автоматов. У Норы, слава богу, такое лицо и фигурка, что она достойна «Лас Бризаса», гостиницы «В Лагуне», «Эль Эдобе».
Желаешь Нору, так угости ее вкусной едой, хорошим вином и беспримесной дозой.
У Джерри Болвана кокаинчик водится всегда супер.
Он хочет, чтобы Нора поехала с ним в Кабо.
Еще б ему не хотеть. Сорокачетырехлетнему наркодилеру, у которого больше воспоминаний, чем возможностей, а у нее в шестнадцать тело как сама юная весна. Так почему бы ему и не захотеть провести с девушкой грязненький уик-энд в Мексике?
Нора все принимает невозмутимо.
Ей шестнадцать, но она не сентиментальная размазня.
Она прекрасно понимает, что этот козел вовсе не влюблен в нее. А уж она в него и подавно. Точнее точного. Вообще-то, она считает, что он болван болваном в этом своем черном шелковом пиджаке и в черной бейсболке, прикрывающей редеющие волосы. В выгоревших джинсах и «найках» на босу ногу. Нет, конечно, Нора очень даже понимает его: козел в ужасе перед подступающей старостью.
Не бойся, козел, думает она. Чего уж тут трепыхаться.
Ты уже старый.
У Джерри Болвана только два преимущества.
Но они классные.
Это деньги и кокаин.
Что, в сущности, одно и то же. Потому что Нора знает: если у вас водятся деньги, то будет и кокаин. А если у вас есть кокаин, то есть и деньги.
Она делает ему минет.
Что немножко затягивается из-за кокаина, но она не возражает, все равно развлечений никаких. А растаивать «мороженое на палочке» у Джерри все-таки лучше, чем болтать с ним. А не то еще хуже – его слушать. Не желает она слушать всякую нудятину о его бывших женах, детях – да она двоих его детей и так знает, получше его самого. Она с ними учится в одной школе. А еще про то, как он сделал победный удар в чемпионате лиги софтбола.
Перестав пыхтеть, он спрашивает:
– Так ты хочешь поехать?
– Куда?
– В Кабо.
– Конечно.
– А когда хочешь? – спрашивает Джерри Болван.
– Да без разницы, – пожимает плечами Нора.
Она уже выходит из машины, когда Джерри протягивает ей пакет, полный отличной травки.
– Эй! – окликает ее отец, когда Нора входит. Растянувшись на кушетке, он смотрит повтор «Восемь достаточно»[59]. – Как прошел день?
– Отлично. – Девочка швыряет бэгги на кофейный столик. – Джерри тебе прислал.
– Для меня? Ну класс!
Так классно, что отец даже встает с кушетки, вдруг превращаясь в настоящего мистера Инициативу, и сворачивает себе чудесненькую тугую самокрутку.
Нора проходит к себе в комнату и закрывает дверь.
Прям не поймешь, что думать про папочку, который за дозу продает собственную дочь.
В Кабо у Норы происходит встреча, перевернувшая всю ее жизнь.
Она знакомится с Хейли.
Нора лежит у бассейна рядом с Джерри Болваном, а эта дамочка на шезлонге, по другую сторону бассейна, явно рассматривает ее.
Такая уверенная, такая вся из себя леди.
Лет под тридцать, коротко стриженные темно-каштановые волосы под солнечным визором. А две черные тонюсенькие ленточки купальника открывают стройную худенькую фигурку, слепленную в спортзалах. Красивые украшения – золотые, неброские, дорогие. Каждый раз, когда Нора поднимает глаза, сталкивается взглядом с этой дамой.
А у той этакая улыбочка, почти усмешка.
Дама постоянно возникает рядом.
Смотрит Нора со своего шезлонга – она рядом. Гуляет по пляжу – вот она, невдалеке.
Обедает в зале отеля – дама тут. Нора избегает встречаться с ней взглядом и всегда первой отводит глаза. Наконец Нора не выдерживает. Дождавшись, пока Джерри погрузится в обычную сиесту после секса, она выходит к бассейну, садится на шезлонг рядом с женщиной и заявляет:
– Вы за мной следите.
– Все правильно.
– Меня такое не интересует.
– Ты даже не знаешь, – смеется женщина, – что такое то, что тебя не интересует.
– Я не лесби.
Ну, типа не любит она женщин, впрочем, как и мужиков. Тогда остаются только кошки и собаки, но кошек Нора терпеть не может.
– И я нет, – откликается женщина.
– Тогда?..
