– Остаётся только пожелать Эркенбранду удачи. Мы должны уйти за крепостные стены, — сказал Теоден. — А вот сколько мы продержимся? Мы выехали налегке, рассчитывая принять бой, а не держать оборону.
– В пещерах, выше по ущелью, укрылись наши старики, дети и женщины, — объяснил Гамлинг. — Там же — припасы, пожитки, кони. Всё, что удалось спасти.
Всадники Теодена миновали крепостной вал, у навесного моста спешились и вошли в крепость Хорне. Здесь их приветствовали с радостью; теперь воинов хватало для охраны и замка и крепостной стены.
Гарнизон Хорне и королевскую рать Йомер послал в замок, свою дружину отправил на защиту Стены. Арагорн, коней отвели выше по течению.
Крепостная стена Хорне имела около двадцати футов в высоту; парапет с бойницами высотой с рослого воина защищал широкий проход по верху стены. Попасть на стену можно было по единственной лестнице, шедшей из замка; три пролёта ступеней выводили наружу, вверх по ущелью. Огромные камни стены были пригнаны и обтёсаны так, что между ними не оставалось ни единой щели, а верхние небольшим козырьком нависали над нижними.
Медленно тянулось время. Медленно тянулись по ущелью цепочки факелов. Леголас сидел на парапете, задумчиво трогая тетиву. Гном стоял рядом, прислонившись к зубцу стены.
– Мне здесь по нраву, — беззаботно говорил он, постукивая ногой о камень. — Добрая порода. Крепкие кости у этой земли. Сюда бы на годик сотню моих родичей…
– Странный вы все же народ, — отозвался Леголас. — Мне здесь неуютно — что днём, что ночью. Но я рад, что твой топор будет рядом. Да, гномов здесь не хватает, но и от сотни эльфийских лучников я бы не отказался. Здешним стрелкам, похоже, можно доверять, только уж очень их мало…
– Темновато для стрельбы, — заметил Гимли. — Самое время вздремнуть. Езда верхом — утомительное занятие! Сейчас бы топором помахать, весь сон как рукой снимет.
Полночь миновала. Ущелье окутала тьма, воздух потяжелел. Все замерло, предчувствуя грозу. Ослепительно белая вспышка молнии выхватила кипящее между стеною и валом пространство. Черные тени — иные кряжистые и приземистые, иные высокие, в остроконечных шлемах, с черными щитами — вливались сквозь проем и, как прибой, разбивались о скалы. С первым раскатом грома хлынул ливень. Орки пошли на приступ. Хельмова Падь ответила молчанием… Казалось, безмолвная ярость самих скал и стен остановила нападающих. Все чаще сверкали молнии. Словно очнувшись, орки и дунгарские дикари кинулись к воротам, потрясая копьями и выпустив тучу стрел. На каждом щите, на каждом шлеме нападавших виднелась призрачная длань Изенгарда.
Сверху их встретили камнями и стрелами. Раз за разом орда отступала и вновь бросалась на приступ, каждый раз взбираясь все выше. Они достигли Ворот, и теперь дюжины две дикарей, прикрывшись щитами, пытались наскоро сделанным тараном разбить их.
Арагорн и Йомер заметили опасность одновременно. С десяток воинов ринулись вместе с ними вдоль стены, вверх, во внешнюю галерею, вниз, по внутренним переходам и через боковую дверцу — к Воротам. Стремительный натиск увенчался успехом. Андрил взлетал и падал, сияя полосой белого пламени. Радостным кличем отозвались со стены и из башни:
– Хей! Сломанный Меч снова в бою!
Дикари пытались обороняться, но вскоре были сметены и отброшены. Орки бежали, беспорядочно отстреливаясь.
Арагорн и Йомер помедлили около ворот. Гром рокотал в отдалении. Зарницы сверкали на юге, над хребтами Белых Гор. Резкие порывы северного ветра разметали пелену туч, в разрывах проглядывали звёзды; ниже по ущелью, над холмами, желтоватым пятном плыла луна.
– Чуть не опоздали, — заметил Арагорн, озабоченно осматривая поврежденные Ворота. Мощные петли и железные засовы были покорёжены или сорваны, деревянные накладки — разбиты.
– Пора уходить, — напомнил ему Йомер. — Взгляни! — показал он в сторону подвесного моста. По ту сторону горного потока орки и дикари готовились к новому штурму.
– Идём! — крикнул Йомер. — Надо завалить ворота!
На мостовую с глухим стуком посыпались стрелы. Они повернули обратно, и в этот миг с десяток орков, затаившихся среди трупов, навалились на Йомера. Но тут из темноты с жутким воплем
Боковую дверь в воротах удалось закрыть, сами ворота подпёрли балками и завалили камнями. Воспользовавшись передышкой, Йомер учтиво обратился к гному:
– Я ваш должник, Гимли, сын Глоина! Недаром говорят: нежданный гость — нечаянная радость. Я и не знал, что вы решили не оставлять нас в одиночестве.
– Встряхнуться захотелось, — улыбнулся Гимли. — Дикари оказались для меня великоваты, и я праздно любовался вашими играми с мечами. Рад был услужить — мой топор с самой Мори не пробовал ничего, кроме дерева.
– Два! — вернувшись на стену и обтирая лезвие топора, объявил Гимли Леголасу.
– Только–то? — отозвался эльф. — У меня не меньше десяти. Жаль, стрел маловато.
