– Ого! Тебе, видать, даже не объяснили, кого ищут! Никогда нам всего не скажут! Точно ведь? Мы и половины не знаем. Но они тоже иногда дают маху. Между нами, даже самые большие Шишки и те…
– Ш-ш, Горбаг! – Шаграт понизил голос так, что Сэм даже своим до странности обостренным слухом еле смог разобрать, что тот шепчет. – Иногда им и правда случается разик-другой промахнуться, зато глаза и уши у них везде. Голову даю на отсечение, что среди моих парней тоже кое-кто на них работает. Но Шишки чем-то озабочены, тут никаких сомнений нету. Ты вот говоришь – Назгулы в долине стойку сделали. А я знаю, что и в Лугбурце тоже забегали! Кто-то, похоже, чуть было не просочился за хребет!..
– Чуть было, говоришь, не просочился?.. – озадаченно повторил Горбаг.
– Да, но об этом потом, – оборвал Шаграт. – Подожди! Вот выйдем в Нижний Коридор, там и потолкуем. Я знаю там один укромный уголок. А парни пускай топают вперед.
Вскоре факелы скрылись из виду. В туннеле загрохотало. Сэм бросился следом. Впереди послышался глухой удар.
Сэм догадался, что орки свернули в тот самый проход, где они с Фродо, обследуя развилку, наткнулись на преграду. Он поспешил туда – и обнаружил, что ход по-прежнему закрыт.
На пути, похоже, стоял огромный камень, но орки как-то за него перебрались: голоса доносились теперь с другой стороны. Все так же рысью орочьи отряды удалялись в глубь горы, к своей башне. Было от чего прийти в отчаяние! Ведь они уносили с собой тело хозяина, причем страшно и подумать, что у них было при этом на уме, – а верный слуга не мог их догнать. Он толкнул камень, потом бросился на него грудью, но сдвинуть не смог. И вдруг с другой стороны у самой перегородки (так показалось Сэму) зазвучали голоса командиров, продолжавших беседу. Сэм замер и прислушался, надеясь узнать что-нибудь важное. А вдруг Горбаг, если он из Минас Моргула, пойдет обратно? Тогда, может, удастся проскользнуть за перегородку?
– Понятия не имею, – говорил Горбаг. – Вообще-то, как правило, вести до нас долетают, что твои птицы. Но я никогда не интересовался, как это получается. Молчать спокойнее. Брр! У меня все поджилки трясутся от этих Назгулов! Когда Назгул на тебя вытаращится, кажется, что он с тебя тело сдирает, как кожу. Раз – и остаешься один в темноте по ту сторону, голый и холодный… Но Он в них души не чает. Это Его любимчики. Так что жалуйся не жалуйся – толку не добьешься. Служба в Нижней Крепости – не сахар, можешь мне поверить.
– Попробовал бы ты пожить у нас наверху, с милашкой Шелоб в обнимку, – возразил Шаграт.
– Будь моя воля, я бы вообще держался от всех от них подальше. Может быть, после войны полегчает?
– Говорят, перевес на нашей стороне.
– Мало ли чего болтают, – проворчал Горбаг. – Увидим. Во всяком случае, если дела пойдут хорошо, на земле будет попросторнее. Что бы нам с тобой тогда смотать отсюда с десятком-другим надежных парней и осесть на воле? В каком-нибудь теплом местечке, где полно легкой добычи и начальники не донимают, а?
– Ух! – сказал Шаграт. – Вспомнили бы старину!
– Вот и я о том. Только рассчитывать на это не приходится. Мне вот, к примеру, давно уже не по себе. Я уже говорил: даже самые большие Шишки, – Горбаг опять снизил голос почти до шепота, – да что там, Сам и тот порой дает маху! Ты вот говоришь – кто-то чуть было не просочился за хребет. А я тебе толкую, что кто-то не чуть было, а и впрямь просочился! Теперь нам надо смотреть в оба. Бедными Уруками затыкают все дырки, а благодарности – ни на грош… Но враги нас любят ненамного больше, чем Его, и если они одолеют – нам крышка, заруби это себе на носу! А теперь примечай. Когда тебе отдали приказ выходить?
– Да около часу назад. Незадолго до того, как мы на вас наткнулись. Сообщение было такое: «Назгул подозревает неладное. На ступенях возможны лазутчики. Удвоить бдительность. Патруль на Лестницу». Вот я сразу и отправился.
– Что-то тут не так. – Горбаг был мрачен. – Смотри! Наши Молчаливые Стражи, насколько я знаю, забеспокоились уже дня два тому назад. Но меня и парней послали на Ступени только через день, так что в Лугбурц от нас не поступило никаких донесений: тут хватало дел с Великим Сигналом, и походом Верховного Назгула, и прочее, и прочее. Да и все равно – мне говорили, что до Лугбурца сейчас ни за что не достучишься.
– Видно, Глаз был занят чем-нибудь другим, – предположил Шаграт. – Говорят, там, на западе, такое творится, что будь здоров!
– А ты думал? – прохрипел Горбаг. – Вот враги под шумок и пробрались на Лестницу. Куда же ты глядел? Зачем тебе особые приказы? Ты обязан нести стражу, что бы ни случилось. Разве нет? А иначе зачем ты нужен? Дрыхнешь небось с утра до вечера!
– Хватит! Не тебе меня учить! Как же, станешь дрыхнуть, когда такое творится под самыми окнами! Ну, потеха была!
– Потеха?
– Еще какая! Вспышки, крики и все такое. Но делом заправляла Шелоб. Мои парни застукали ее с дружком. С Пронырой.
– Пронырой? А кто это такой?
