Ничего плохого ночью не случилось, за исключением короткого дождя за час до рассвета. Как только рассвело, они тронулись в путь. Туман поредел. Путники держались как можно ближе к западному берегу и видели смутные очертания береговых утесов, поднимавшихся все выше; основания их были погружены в быстро текущую воду. К середине утра облака опустились ниже и пошел сильный дождь. Путники натянули на лодки кожаные покрышки, чтобы их не затопило, и продолжали плыть; трудно было что либо рассмотреть сквозь серый падающий занавес дождя.
Но дождь, однако, шел недолго. Небо над ними медленно светлело, потом облака неожиданно разошлись и обрывки их потянулись на север вдоль реки. Туман рассеялся. Перед путешественниками открылось широкое ущелье с серыми скалистыми боками, на которых цеплялись к узким выступам несколько деревьев. Ущелье становилось уже, а река – быстрее. Теперь их несло вперед, и они не могли ни остановиться, ни повернуть назад, чтобы ни ожидало из впереди. Над ними было бледно-голубое небо, вокруг них темная вода, а за ними – черные, закрывающие солнце холмы Эмин Миул, в которых не было ни одного прохода.
Фродо, глядя вперед, увидел вдалеке две высокие скалы, похожие на башенки или каменные столбы. Высокие, крутые и зловещие стояли они по обе стороны потока. Между ними появился узкий проход, и река понесла лодки к нему.
– Вы видите Аргонат, Столбы Королей! – воскликнул Арагорн. – Скоро мы пройдем между ними. Удерживайте лодки на одной линии и как можно дальше друг от друга! И держитесь середины потока!
Огромные столбы, как башни, летели навстречу Фродо. Они казались ему гигантскими серыми фигурами, молчаливыми, но угрожающими. Потом он увидел, что им действительно придана форма, мастерство и сила древности врезаны были в них, и несмотря на дожди и солнце бесчисленных лет, они сохранили могучие облики, высеченные в них. На больших пьедесталах, погруженных глубоко в воду, стояли два великих каменных короля; затуманенными глазами под растрескавшимися бровями грозно смотрели они на север. Левая рука каждого из них была поднята в предупреждающем жесте, в правой руке они держали топоры; на головах у них были треснувшие шлемы и короны. Молчаливые стражи давно исчезнувшего королевства они по-прежнему выражали силу и могущество. Страх и благоговение охватили Фродо; он закрыл глаза, не осмеливаясь поднять голову. Даже Боромир склонил голову, когда лодки проплывали в тени часовых Нуменора. Они влетели в тьму ворот.
С обеих сторон на неведомую высоту круто поднимались отвесные утесы. Далеко вверху тускло виднелось небо. Черная вода ревела, эхо отдавалось в скалах, ветер свистел в проходе. Фродо, скорчившись на дне лодки, слышал бормотание Сэма:
– Что за место! Что за ужасное место!.. пусть только я выйду из лодки, ни за что больше не притронусь к веслу!
– Не бойтесь! – послышался сзади странный голос. Фродо повернулся и увидел Бродяжника, и однако это не был Бродяжник, ничто не оставалось в нем от скитальца. На корме сидел Арагорн, прямой и гордый, он уверенными ударами весла направлял лодку, капюшон его был отброшен, темные волосы развевались на ветру, глаза блестели: король возвращался из изгнания в свои земли.
– Не бойтесь! – повторил он. – Давно хотел я взглянуть на фигуры Исилдура и Анариона, моих древних предков. В их тени Элессару, сыну Арахорна из дома Валендила, сына Исилдура, нечего бояться!
Но вот блеск в его глазах потух, и он заговорил как бы про себя:
– Если бы здесь был Гэндальф! Как сердце мое стремится к Минас Анору и стенам моего родного города! Но куда должен я теперь идти?
Ущелье было длинным, темным, полным шума ветра и бегущей воды. Оно несколько раз поворачивало, поэтому вначале впереди было темно. Но скоро Фродо увидел впереди светлую щель, которая все расширялась. Эта щель быстро приближалась, и лодки неожиданно вылетели на широкую чистую воду.
Солнце, прошедшее полдень, ярко сверкало. Вода, вырвавшись из ущелья, втекала в длинное овальное озеро, бледное Нен Нитоель, окруженное крутыми серыми холмами, склоны которых поросли деревьями, вершины холмов были голыми и блестели на солнце. На дальнем южном конце озера поднимались три пика. Средний из них был отделен от остальных и выдавался вперед, он стоял в воде, а река, обтекая его, разделялась на рукава. В отдалении слышался шум, похожий на раскаты грома.
– Вы видите Тол Брандир! – сказал Арагорн, указывая на высокий пик. – Слева возвышается Амон Лхав, справа – Амон Хен, Холмы Слуха и Зрения. В дни Великих Королей на них были высокие сидения, и там дежурила стража. Но, говорят, что ни человек, ни зверь не поднимались на Тол Брандир. К ночи мы приплывем к ним. Я слышу бесконечный гром Рауроса.
