– Примите его, повелитель! – сказал он, – в залог всего остального, что должно быть возвращено вам. Но если я могу посоветовать, не используйте его – пока! Будьте осторожны!
– Когда ждешь и готовишься столько лет, не станешь торопиться и не будешь неосторожным, – ответил Арагорн.
– Не споткнитесь в конце дороги, – заметил Гэндальф. – И храните эту вещь в тайне. Вы и все остальные, стоящие здесь! Прежде всего не должен знать о том, где находится этот камень, хоббит Перегрин. Зло при его посредстве может прийти вновь. Ибо, увы! Он держал его и глядел в него, а вот этого не должно было случиться! Он не должен был притрагиваться к нему в Изенгарде, я должен был бы действовать там чуть быстрее. Но мой мозг был занят Саруманом, и поэтому я не сразу догадался о природе камня. Потом я устал, и, когда я лежал в задумчивости, сон овладел мной. Теперь я знаю!
– Да, не может быть сомнений, – сказал Арагорн. – Теперь мы знаем, как осуществлялась связь между Изенгардом и Мордором… Многое объяснилось.
– Странными силами обладают наши враги, и странной слабостью! – сказал Теоден. – Но уже давно было сказано: часто зло вредит злу.
– Это повторялось много раз, – сказал Гэндальф. – Но на этот раз нам удивительно повезло. Может, этот хоббит спас меня от грубой ошибки. Я раздумывал, не попробовать ли воспользоваться этим камнем самому. Если бы я сделал это, я был бы открыт перед ним. Я не готов к такому испытанию… Если я вообще буду когда-либо готов к нему. Но даже если бы у меня хватило сил отшатнуться, было бы губительно, если бы он просто увидел меня. Пока еще не пришло время открывать тайны.
– Я думаю, этот час приближается, – заметил Арагорн.
– Но пока еще не пришел, – повторил Гэндальф. – У него еще остается некоторое сомнение, которое мы должны использовать… Враг, это ясно, думает, что камень находится в Ортханке. И хоббит находится там же, а заставил его смотреть в стекло Саруман. Пройдет некоторое время, прежде чем его темный мозг поймет свою ошибку. Мы должны использовать это время. Мы были слишком медлительными. Нужно двигаться. И соседство с Изенгардом – не лучшее место для нашего отдыха. Я немедленно выезжаю вперед с Перегрином Туком. Для него это лучше, чем лежать во тьме, в то время как остальные спят.
– Я возьму с собой Эомера и десять всадников, – сказал король. – Они выедут со мной на рассвете. Остальные могут отправиться с Арагорном когда угодно.
– Как хотите, – согласился Гэндальф. – Но постарайтесь как можно скорее добраться до убежища в холмах, до пропасти Хэлма.
В этот момент на них легла тень. Яркий лунный свет внезапно был чем-то закрыт. И несколько всадников закричали, и, скорчившись, прикрыли руками головы, как бы спасаясь от удара сверху: слепой страх и смертоносный холод охватил их. Закрывшись они взглянули вверх. Большая крылатая тень пролетела под луной, как черное облако. Она повернула и полетела на север, передвигаясь с большей скоростью, чем любой ветер в Средиземье. Звезды гасли за ней. Она улетела.
Всадники стояли, окаменев, Гэндальф же смотрел вверх, неподвижный, опустив руки, сжав кулаки.
– Назгул! – воскликнул он. – Посланник из Мордора. Буря приближается. Назгул пересек реку. Вперед! Ждать рассвета нельзя! Пусть быстрые не ждут медленных. В путь!
Он побежал, подзывая Обгоняющего Тень. Арагорн за ним. Подбежав к Пину, Гэндальф поднял его на руки.
– На этот раз ты поедешь со мной, – сказал он. – Обгоняющий Тень покажет всю свою быстроту.
И он побежал к тому месту, где спал. Здесь уже стоял наготове Обгоняющий Тень. Забросив на плечо маленький сверток, в котором находился весь его багаж, колдун прыгнул на спину лошади. Арагорн поднял Пина, посадил его перед Гэндальфом и закутал в плащ и одеяло.
– Прощайте! Поезжайте за мной побыстрее, – воскликнул Гэндальф. – Вперед, Обгоняющий Тень!
Большой конь махнул головой. Его летящий хвост мелькнул в лунном свете. Он устремился вперед и исчез, как северный ветер с гор.
– Прекрасная спокойная ночь! – сказал Мерри Арагорну. – Кое-кому удивительно везет. Кое-кто не хочет спать, а хочет ехать с Гэндальфом – так все и получается. И вместо того, чтобы самому превратиться в камень и стоять тут в знак предупреждения.
– А если бы не он, а вы подняли шар, что тогда? – спросил Арагорн. – Вы могли бы причинить больше неприятностей. Кто может сказать? Но боюсь, что сейчас вам предстоит ехать со мной. Немедленно. Идите и приготовьтесь; Захватите и то, что оставил Пин. И побыстрее!
Обгоняющий Тень летел по равнине, не нуждаясь ни в подстегивании, ни в управлении. Прошло меньше часа, а они уже достигли брода через реку Изен и переправились. Перед ними серела могила всадников.
Пин чувствовал себя лучше. Ему было тепло, а ветер, дующий в лицо, освежал. Он был с Гэндальфом. Ужас камня и отвратительной тени под луной ослабел, как будто все это происходило во сне. Он глубоко вздохнул.
– Я не знал, что вы ездите прямо на спине лошади, Гэндальф, – сказал он. – У вас нет ни седла, ни уздечки.
