Постепенно становилось светлее, туман поднялся, стал тоньше и прозрачнее. Далеко над гнилым парящим миром поднялось золотое солнце, но снизу оно виднелось лишь как светлое пятно, не дающее тепла. Но даже при этом слабом напоминании о его присутствии Горлум заскулил и задрожал. Он остановил их продвижение, и они отдыхали, свернувшись, как маленькие зверьки, на краю большой коричневой заросли камышей. Была мертвая тишина, лишь изредка слышался шорох высохших стеблей, и обломанные стебельки травы вздрагивали от дуновения ветерка, который хоббиты не могли ощутить.
– Ни одной птицы, – тоскливо сказал Сэм.
– Да, ни одной птицы, – согласился Горлум. – Хорошие птицы! Здесь нет птиц. Есть змеи, черви, существа в омутах. Много отвратительных существ. А птиц нет, – заключил он печально. Сэм с отвращением посмотрел на него.
Так прошел третий день их путешествия с Горлумом. Прежде чем удлинились вечерние тени, они снова пустились в путь и шли, шли с короткими остановками. Эти остановки они делали не столько для отдыха, сколько для того, чтобы помочь Горлуму: даже он теперь должен был идти с большой осторожностью и часто останавливался в затруднении. Они зашли в самый центр мертвых болот, и уже стемнело.
Они шли медленно, наклоняясь, держась одной линии, внимательно следя за каждым движением Горлума. Болото стало более влажным; часто встречались широкие стоячие озера, среди них все труднее и труднее было находить твердые места, где нога не погружалась бы в булькающую грязь. Путешественники были легкими, иначе они вообще не смогли бы найти путь.
Вскоре стало совсем темно: сам воздух казался черным, его трудно было вдыхать. Когда появились огни, Сэм начал тереть глаза: он подумал, что зрение обманывает его. Вначале он краем глаза уловил слева бледное свечение, тут же рассеивающееся, но скоро появились и другие огни: некоторые как тускло светящиеся дымы, другие как туманные языки пламени, медленно поднимающиеся над невидимыми светильниками. Тут и там они извивались, как занавеси, свертываемые скрытыми руками. Никто из путников не проронил ни слова.
Наконец Сэм не выдержал.
– Что это, Горлум? – шепотом спросил он у него. – Эти огни? Они все вокруг нас. Мы в ловушке? Кто это?
Горлум поднял голову. Перед ним была темная вода, он делал шаг то в одну, то в другую сторону, сомневаясь в выборе пути.
– Да, они вокруг нас, – прошептал он. – Обманчивые огни. Светильники трупов, да, да. Не обращайте на них внимание! Не смотрите! Не идите к ним! Где хозяин?
Сэм обернулся и обнаружил, что Фродо снова отстал. Он не видел его. Тогда Сэм сделал несколько шагов назад во тьму, не осмеливаясь уходить слишком далеко, и позвал хриплым шепотом. Неожиданно он наткнулся на Фродо, который стоял, погруженный в задумчивость, глядя на бледные огоньки. Руки его свисали по сторонам, с них капала вода и ил.
– Идемте, мастер Фродо! – сказал Сэм. – Не смотрите на них. Горлум говорит, что на них нельзя смотреть. Нужно держаться ближе к нему и как можно скорее выбраться из этого проклятого места – если мы сможем!
– Хорошо, – сказал Фродо, как бы пробуждаясь ото сна. – Я иду.
Торопливо двинувшись вперед, Сэм споткнулся, зацепившись ногой за какой-то старый корень или кочку. Он тяжело упал на руки, которые глубоко погрузились в липкий мягкий ил, и лицо его приблизилось к поверхности озера. Послышался слабый свист, поднялся отвратительный запах, огни мерцали, плясали, изгибались. Вода на мгновение превратилась в окно, покрытое запачканным стеклом, через которое он смотрел. Вырывая руки из грязи, Сэм вскочил с криком.
– Там мертвецы, мертвые лица в воде! – сказал он с ужасом. – Мертвые лица!
Горлум засмеялся.
– Мертвые болота, да, да, так они называются, – хихикал он. – Не следует глядеть, когда они зажигают светильники.
– Кто они? – с дрожью спросил Сэм, обращаясь к Фродо, который теперь был рядом с ним.
– Не знаю, – каким-то слабым голосом ответил Фродо. – Я тоже их видел. В воде, когда зажглись светильники. Они лежат на дне, с бледными лицами, глубоко-глубоко под темной водой. Я видел их: угрюмые лица, злые, благородные, печальные. Много гордых и прекрасных лиц, и водоросли в их серебряных волосах. Но все мертвые, все разлагающиеся, все гнилые. В них есть что-то ужасное. – Фродо прикрыл глаза рукой. – Я не знаю, кто они, но мне показалось, что я вижу людей, и эльфов, и орков среди них.
– Да, да, – согласился Горлум. – Все мертвые, все гниющие. Эльфы, и люди, и орки. Мертвые болота. Здесь была великая битва давным-давно, да, так говорили, когда Смеагорл был молод, когда я был молод, до того, как появилась драгоценность. Была великая битва. Высокие люди с длинными мечам, и ужасные эльфы, и кричащие орки. Они дни и ночи сражались на долине перед Черными Воротами. С тех пор вот здесь выросли болота, поглотившие их могилы.
– Но с тех пор прошло больше эры, – сказал Сэм. – Мертвецы не могут быть здесь! Это какая-то дьявольщина, придуманная в Черной земле.
