— Ах, он! Гэндальв, если вы его знаете. Говорят, он маг, но он мой хороший друг, как бы там ни было. А теперь не знаю, что он мне скажет и сделает, если появится; не удивлюсь, если все мое пиво сквасит или меня в колоду превратит, он несколько вспыльчив. Да что уж теперь, что сделано, то сделано.
— Да что сделано? — сказал Фродо, начиная терять терпение от замедленного хода мыслей Медовара.
— На чем я остановился? — сказал трактирщик, сделав паузу и щелкнув пальцами. — Ах да, старина Гэндальв. Три месяца назад входит он ко мне в комнату без стука. «Батти, — говорит он, — утром я ухожу. Сможешь оказать мне услугу?» «Все, что в моих силах!» — отвечаю я. — «Так вот, я спешу, — говорит он, — и мне самому некогда, а надо передать вести в Хоббитшир. Можешь найти кого-нибудь понадежнее и послать туда?» «Найду, конечно, — говорю я. — Завтра найду или послезавтра». «Надо завтра», — говорит он и протягивает мне письмо. Адрес на нем яснее ясного, — сказал господин Медовар, вынимая письмо из кармана, и с важным видом (он гордился репутацией человека грамотного) прочитал: «
— Мне письмо от Гэндальва! — закричал Фродо.
— А, так вы, значит, Торбинс? — сказал Медовар.
— Ну да, — сказал Фродо. — И чем скорее вы мне отдадите письмо, и объясните, почему не послали, тем лучше для вас. Это вы и хотели мне сказать с глазу на глаз? Долго объяснялись, однако.
Бедняга Медовар совсем расстроился.
— Вы правы, господин гость, — сказал он. — Примите мои извинения. Я ужасно боюсь. Если из этого вышли неприятности, что скажет Гэндальв? Но я не нарочно. Я его отложил в надежное место, на следующий день поспрашивал — никто в Хоббитшир не собирался; из своих людей я сразу послать никого не мог. А потом одни хлопоты другие захлестывают, вылетело оно у меня из головы. Я же человек занятой. Я все сделаю, что смогу, если смогу теперь положение исправить, только скажите, помогу всем, что в моих силах! Я это тоже Гэндальву обещал, независимо от письма. «Батти, — сказал он мне, — этот мой друг из Хоббитшира может скоро сюда прийти, и не один. Назовется Подхолмсом. Имей в виду! И вопросов не задавай. Если меня с ним не будет, а у него будут неприятности и понадобится помощь, окажи любую, сделай все, что можешь, а я тебя отблагодарю», — сказал он. Вот теперь вы пришли, и неприятности, похоже, рядом.
— Что вы имеете в виду? — спросил Фродо.
— Этих Черных, — сказал трактирщик, понизив голос. — Они ищут
— Еще как! — вдруг произнес Долгоброд, выходя на свет. — Я избавил бы их от большой неприятности, если бы ты меня пустил, Баттерс.
Трактирщик подпрыгнул от удивления.
— Ты! — воскликнул он. — Вечно возникаешь ниоткуда! Теперь-то чего тебе надо?
— Теперь с моего разрешения, — сказал Фродо. — Пришел предложить помощь.
— Ну, вам, наверное, виднее, — сказал господин Медовар, с подозрением оглядываясь на Долгоброда. — Но в вашем положении я не стал бы связываться с каким-то скитальцем.
— А с кем ты стал бы связываться? — спросил Долгоброд. — Жирный кабатчик, свое-то имя помнящий лишь потому, что его целый день выкрикивают. Им нельзя навсегда остаться в «Пони» и домой нельзя. Перед ними дальняя дорога. Ты что, пойдешь с ними и отгонишь Черных?
— Я? Из Бри? Да ни за какие коврижки! — господин Медовар испугался по-настоящему. — Но почему вам нельзя остаться здесь и тихо переждать, господин Подхолмс? И вообще, все это так подозрительно. Что надо этим Черным, и откуда они, хотел бы я знать?
— Сожалею, но не все могу объяснить, — ответил Фродо. — Я устал, и мне очень неспокойно, а это длинная история. Если вы намерены мне помочь, должен вас предупредить, что пока я нахожусь в вашем доме, вы тоже в опасности. А Черные Всадники… Я не уверен, но боюсь, что они из…
— Они из Мордора, — глухо сказал Долгоброд. — Из Мордора, Баттерс, понял?
— Ой, спасите! — бледнея от страха, воскликнул господин Медовар. Очевидно, он это название знал. — За всю мою жизнь в Бригорье не приходили худшие вести!
— Да, это так, — сказал Фродо. — Вы все еще согласны мне помогать?
— Разумеется, — сказал Медовар. — Охотнее, чем раньше. Хотя не знаю, что такой, как я, может сделать против… против…
— Против Тени с востока, — тихо докончил Долгоброд. — Немного, Медовар, но каждая малость пригодится. Ты можешь оставить у себя на ночь господина Подхолмса и забыть фамилию Торбинс до тех пор, пока он не окажется далеко отсюда.
