— Надеюсь, сновидение было приятным! — сказал по-французски кто-то рядом с ним.
Молодой человек повернул голову и увидел честное лицо Мулея.
— Ты? — спросил он, удивившись, что вновь видит старого слугу, который являлся ему во сне. — Это ты, Мулей? Значит, это был не сон!
Негр улыбнулся, взял руку своего молодого господина и запечатлел на ней поцелуй.
— Нет, Мулей, не надо! — сказал Альбер. — Я смутно начинаю припоминать, что произошло. Знаю только одно: я был на краю гибели и ты, именно ты спас меня, потому что вспыхнувшее восстание — твоих рук дело. Теперь скажи мне, как все это стало возможно? И для чего вы разыграли передо мной эту комедию?
— Это вовсе не розыгрыш! — твердо сказал Мулей. — Ты — повелитель Багирми, по крайней мере до того времени, пока не произойдет раздел страны и ты не получишь самую плодородную и живописную ее часть!
— Поговорим об этом после, — с улыбкой заметил Альбер. — А сейчас объясни мне все по порядку.
— Для того я и пришел, — подтвердил Мулей. — Нетрудно было догадаться: все, что произошло, для тебя загадка. Так слушай же! Я уже говорил тебе, что покойный султан был жесток и деспотичен. Большинство багирми боялись его и лишь немногие любили. В стране у него не было сторонников, если не считать телохранителей, которых он привлек на свою сторону, осыпав всякими милостями.
Между тем мое влияние очень возросло, и я долго размышлял, как бы посадить на престол добродетельного владыку, милосердного и терпимого. Я давно уже советовался со своими родственниками и многочисленными друзьями, как поднять в стране восстание против султана. Если бы мы только знали, кого возвести на престол, султан давно бы уже пал жертвой собственной тирании.
И тут появился ты, мой молодой господин, и Аллаху было угодно, чтобы ты явился как раз вовремя и участвовал в освобождении похищенного принца. Правда, вначале я не думал, что ты подходящий для нас человек, ибо еще недостаточно знал тебя. Но вскоре случай с предсказанием избавил меня от всех сомнений. Тебе известна первая часть прорицания. Но там есть и вторая. Ее я тебе сейчас и открою. Пророчество гласит: враги похитят сына султана, а смелый и мудрый чужеземец спасет его. Потом этот чужеземец, которого послал Аллах, станет править страной багирми и сделает ее счастливой. Эта вторая часть прорицания с быстротой молнии разнеслась по всей стране, и все жители уже смотрели на тебя как на будущего владыку. Я, конечно, не упускал возможности представить твои заслуги в самом благоприятном свете. Рассказ о твоем мужестве в схватке с фульбе передавался из уст в уста. Султан трепетал. Он почти решился убить тебя, как только ты вернешь ему похищенного сына.
Теперь тебе понятны дальнейшие события. В смерти наследника султан увидел новое подтверждение, что пророчество может исполниться, и обвинение, что ты отравил принца, было, разумеется, надуманным. Он намеревался казнить тебя немедленно, но я объявил, что это вызовет возмущение его подданных, и просил его подождать, а тем временем предпринял все необходимое, чтобы в решающий момент победа оказалась на моей стороне. Я хотел довести дело до крайности, чтобы еще больше ожесточить сердца моих соотечественников, которые уже питали любовь к тебе. Весь расчет я строил на твоей стойкости. Ты убедился, что я сдержал слово.
— Да, убедился и благодарю тебя! — с признательностью воскликнул Альбер. — Однако, дорогой Мулей, я не в силах повелевать этой страной! Я едва владею языком, на котором здесь говорят, я ничего не смыслю в управлении государством. Скажу откровенно, я охотнее буду лейтенантом в каком-нибудь полку, нежели султаном в твоей стране!
— Что касается первого, я помогу тебе советом и делом, — заверил Мулей. — А что до второго, — добавил он чуть ли не с тоской, — разве так уж недостойно быть любящим отцом бедным неграм и нести свет просвещения в эту страну, которая безнадежно отстала от вас, французов?
Такого Альбер не ожидал. Слова Мулея не оставили его равнодушным. Он долго пребывал в задумчивости. В речах негра был заключен глубокий смысл. Быть отцом этим несчастным угнетенным людям, нести свет цивилизации в Центральную Африку — это мысль, способная заставить забиться даже чуждое тщеславию сердце!
— И вот еще что, — продолжал Мулей. — Тебе не придется оставаться в Массенья. Чтобы добиться своей цели и свергнуть султана, мне пришлось взять в союзники одного из соседних правителей. Для вида он завел тесную дружбу с нашим султаном и прислал сюда войско, якобы для его защиты, а на самом деле — чтобы помочь мне. Ему мы оставим Массенья и меньшую часть страны, ту, что граничит с его владениями. Сами же отправимся на восток, где расположены самые плодородные и живописные области Багирми. Там тебе нечего будет опасаться. Ты волен призвать туда своих соотечественников и завести порядки, которые существуют во Франции. Это и мое желание…
