То, что мне придётся рано или поздно вступить с ними в контакт, было неизбежным: торговля – это двигатель прогресса. Это утверждение было вбито в мою подкорку намертво не только системой начального образования, но и школой жизни девяностых годов.
Теперь настала пора решить эту проблему. И прикинув все доступные мне варианты, я принял решение не выдумывать велосипед, а пойти по проторенному пути.
«Голосовые связки! – решил я. – Просто, дёшево и вполне меня устраивает. Конечно, мне тенором не быть… да и хрен с ним. Тут, я думаю, главное не особо отсвечивать своей мордой, а то и с тенором наваляют мне по самые помидоры… кхе-кхе».
Так что наличие голосовых связок, хоть каких-то, уже бы позволило мне начать общение с прочими разумными.
«Решено! Связкам быть!» – принял я решение и, открыв глаза, потянулся до ближайшей кучки с радиоактивной рудой.
Проглотив изрядную порцию этого высокоэнергичного материала, я опять погрузился в свою импровизированную ванну и начал процесс конструирования себе голосовых связок. Слава богу, моё тело позволяло вносить такого рода изменения, а я худо-бедно, но уже начал понимать и применять направленную мутацию себе на пользу. Чего только стоил эксперимент с выращиванием и рождением Мозга.
Рядом со мной лежал череп моего первого Червя, в котором так уютно расположился Мозг.
«Гм… а чего он-то будет халтурить, пока я в поте трудового лица ставлю эксперименты над самим собой?» – решил я, видя, как подчинённый бездельничает.
«Эй, непарнокопытный!» – мысль у меня не сильно разнилась с делом, так что я тут же обратился к Мозгу.
«Да, Хозяин?» – отозвался он.
«Дело есть к тебе на миллион, – хмыкнул я. – Сейчас получишь пайку, и чтобы быстро отрастил себе конечности, а то я уже задолбался тебя таскать на себе. Захребетник».
Так, ласково напутствуя на трудовые свершения и обещая растереть в порошок, если он не отчитается о проделанной работе буквально по каждому грамму стратегических ресурсов, я заправил Мозг радиоактивной рудой.
«Х-х-хозяин, – проблеял под конец окончательно запуганный Мозг, – а ка-ка-какие конечности-то?»
«Гм… – призадумался я. – Действительно, какие? А ты удиви меня!»
Мозг молча, получив командирский пендель, активно натрескавшись руды, стал светиться не только в жёстком, рентгеновском излучении, но и в тепловом, стал переливаться всеми цветами радуги, словно новогодняя ёлка.
«Красавец! – удивлённо-обрадованно пробурчал я. – Главное – не сдох бы от усердия».
Одновременно меня посетила гениальная идея: так как Мозга я могу контролировать не только снаружи, но и, как говорится, изнутри – всё-таки он часть меня, плоть от плоти, – то прежде чем выращивать у себя какие-либо связки стоило понаблюдать за процессом со стороны.
Решив для себя таким образом дилемму, я, улёгшись в кислотный бассейн, стал внимательно наблюдать за действиями Мозга и одновременно, погрузившись в его сознание, постигал суть процесса.
Спустя пару часов основные этапы мне были понятны. В принципе всё было аналогично ранее постигнутому мною и сводилось к простейшему желанию. Только если желание было расплывчатым, то организм воспринимал его слишком размыто и, соответственно, беря за аналог что-то из моего подсознания, крайне усложнял систему. Тем самым расход стратегического ресурса был просто огромен.
А вот чем конкретнее ты ставил условия, тем легче протекала мутация, чётче был функционал, меньше требовалось ресурсов, и главное, полученная мутация, практически сразу же закрепляясь на клеточном уровне, не вызывала бурных отторжений в последующем.
Мысленно промотав ещё раз весь цикл выращивания у себя связок, я, отключившись от Мозга, погрузился поглубже в сернистую ванну и, перекрестившись, приступил к злосчастным связкам.
Несмотря на подготовительный период, пришлось сильно попотеть, так как сначала ничего толкового не получалось: то горло не подходило, то пару раз чуть не задохнулся. Но моё упорство вкупе с жадностью об уже потраченных ресурсах на этот эксперимент позволили мне в итоге добиться нужного результата.
Спустя сотню часов объективного времени моя пещера впервые услышала членораздельную речь:
– Кхе-кхе… Вроде получилось? – проговорил, а точнее просипел, я русским языком, используя только что созданный новый орган.
«Хозяин? Я чувствую вибрации, которые издаёт ваше… гм… горло? Это нормально?» – забеспокоился Мозг и даже немного отшатнулся от меня.
– Нормально, – опять просипел я, старательно привыкая к новым ощущениям.
– Кхе… так и планировалось. Матушка Роща, всё же получилось?! Ха!!!
Я был рад. Да что там, меня переполняла радость. Я даже выполз из сернистой ванны и теперь радостно прыгал на всех четырёх лапах, вопя на всю лёжку:
– А кто тут гений? Я!!! А кто тут крутой?! Я!!!
Только теперь я понял, что сознательная речь – это то, что меня отделяет как разумного от всех прочих животных, которые водились в этих гадских туннелях и пещерах. Это было просто божественно.
