Вот только в следующую секунду началась мистика, которая буквально вогнала меня в ступор. Шустро засунув флягу обратно, гном не вынимая руки что-то нащупал в мешке, и спустя секунду на свет появилась слегка продолговатая сфера.
Внимательно рассмотрев её, гном поцокал языком и, перекинув посох из одной руки в другую, ловко поймал освободившейся рукой подкинутую сферу. Полуобернувшись к жаровне, старикан сделал пару уверенных шагов назад, в сторону раскрытых врат. Подслеповато щурясь, он прикинул расстояние до жаровни и, видимо, сочтя недостаточным, отступил ещё на пару шагов.
После чего дед, утвердительно кивнув своим мыслям, перехватил имеющийся у него посох и, немного повернув его к себе вершиной, с силой насадил сверху продолговатую сферу.
«Чего-то мне этот дедулька не нравится…» – хмуро смотря на эти приготовления, подумал я.
Словно прочитав мои мысли, мирно беседующая орава гномов в одиннадцать голосов споро сделала пять шагов назад, максимально отодвинувшись от старикана.
Тем временем странный гномий дед продолжил не менее странные манипуляции. Прищурив один глаз, он на свет внимательно рассмотрел результат своих трудов – посох со странным набалдашником на вершине.
Скривившись, он что-то невнятно пробормотал и, поудобнее расставив ноги на ширину плеч, вытянул посох в сторону ранее вылитого содержимого фляги в жаровне. На секунду полная тишина буквально накрыла пещеру – все гномы в едином порыве отвернули головы от жаровни и замолчали.
Словно дождавшись именно этого момента, дедок резко выкрикнул что-то на своём гортанном языке.
А дальше я трижды пожалел, что решил внимательно понаблюдать за этим мерзким старикашкой. Яркая вспышка буквально выжгла мне роговицу обоих глаз, и только практически мгновенная реакция позволила отскочить обратно за сталагмит. Последнее, что отпечаталось перед моим взором, был жгут нестерпимо белого света, который за одно мгновенье соединил дуговым разрядом навершие посоха и жаровню.
Шипя от боли в обожжённой роговице глаз, которая уже начала восстанавливаться, я продолжал тихо подвывать, ожидая, пока перед глазами не перестанут бегать радужные всполохи.
Спустя минуту ко мне снова вернулось зрение, и я не спеша выглянул из-за своего временного укрытия. За прошедшее время мало что изменилось, если не считать того, что обе жаровни теперь горели.
«Силён, зараза…» – уважительно подумал я, да и было, с чего. Всё ещё не веря, я глупо смотрел на раскалённые до малинового цвета жаровни, над которыми весело пылали два столба полуметрового пламени.
«Дед, ты чего туда налил?! Ракетного топлива, что ли?» – не мог я отойти от удивления. А тем временем ситуация резко ускорилась.
Коренастый гномий дедок, шикнув опять на своих сородичей, потянулся к заплечному мешку. И спустя секунду на свет появилась очередная сфера. Вот только она была значительно большего диаметра. Размером с голову взрослого человека, сфера, словно бабочка, казалось, жила своей жизнью. В ней то вспыхивали огоньки, излучая мягкий синий свет, то наоборот начинали водить хороводы красные звёзды. При этом они попеременно сталкивались, рождая маленькие взрывы внутри сферы, которые заставляли её пульсировать.
Неотрывно наблюдая за постепенно ускоряющимся биением сферы, я не заметил, как до моего слуха донёсся едва различимый речитатив. Я моргнул, и наваждение спало с меня. Снова я перевёл взгляд на гномьего деда.
Дедок, слегка прикрыв глаза, словно погрузившись в транс, продолжал бормотать себе под нос. Разобрать удавалось только некоторые слова, но сам по себе ритм угадывался сразу.
«Нет, не слова бубнит себе под нос старый хрыч, а… – осознал я в ту же секунду, – а прощальную песню…»
В этот момент пульсация сферы резко усилилась и, словно собравшись с силами, выплеснулась наружу. Будто незримые волны ударили во все стороны от неё. Голоса стихли, и только уныние и горечь, осознание тленности бытия стали накатывать на меня одной волной за другой.
«…Обрети покой… покой… покой, – нашёптывали они мне. – Приди ко мне… мне… мне… Тлен и прах вокруг… круг… круг… Иди же ко мне!!!»
Ментальный приказ был настолько силён, что я, не осознавая этого, даже поднялся из-за сталагмита и сделал несколько шагов по направлению к гномьему деду.
Вот только звали не меня. Резкий удар и лёгкая дрожь пола пещеры известили всех о том, что прибыл хозяин этих пещер. Вибрация была настолько сильной, что даже небольшие камешки начали сыпаться с потолка.
То ли мои кураторы решили вмешаться, то ли слепой случай, но один из достаточно увесистых камней прилетел мне прямо в голову. Больно не было, но заставило отвлечься от манящего гласа сферы и прийти в себя.
«Что? А? Куда?» – завертел я головой и, мгновенно осознав положение, бешеным мангустом извернулся и отпрыгнул метров на шесть, буквально перескочив ранее скрывающий меня сталагмит.
«Ничего себе…» – округлил я глаза, наблюдая за исполином, который проплывал сейчас мимо меня. Это был он – хозяин местных пещер, его величество Пещерный Червь.
