До того, как во тьме бродить с посохом по дорогам, Эривэн катался верхом. Отставной солдат, он сполна изведал свободу Дороги после воинской муштры. Двадцать второй ключ стал для него последним. Острие копья изувечило его лицо, погрузило в вечную темноту. Он выжил, и теперь кормился тем, что рассказывал солдатские байки и легенды найтов.
– У тебя какой тотем? - спросил тогда Эривэн, жутко ухмыляясь страшным лицом, глядя на собеседника невидящим взором. Когда ему отвечали, он поворачивал ухо к говорящему.
– Оса.
– Оса? - сказитель отправил в изорванный провал рта очередную порцию вина, отчего в его глотке забулькало. - Скажу я тебе вот что. Слышал я, что на Осу охотится Пес. Хандред Каннинг получил заказ от Килпатрика. Надеюсь, ты положишь мне в сумку пару серебряников, а сам будешь настороже?
– А ты не знаешь, за что меня заказали? - спросил Шура, доставая три серебряника и кладя их в потрепанную сумку сказителя.
– Имя капитан Сэвидж тебе говорит о чем-то?
Шура задумался. Это имя ему говорило о многом. Из-за него он стал беглым солдатом. Прошло уже лет шесть с тех пор, как он убил капитана Сэвиджа. Шура полагал, что уже никто не сможет в суровом найте признать вспыльчивого солдата - убийцу командира заставы.
Погруженный в воспоминания, Шура краем уха слушал Эривэна.
– … был братом Килпатрика… узнал бывший сослуживец, ставший бродягой… Килпатрик не потребовал возмездия от короля… хочет лично подержать в руках голову найта Осы.
Сегодня в харчевне все говорили о начавшейся войне. Предметом разговоров в основном было то, сколько времени понадобится солдатам, чтобы наказать борнийцев и выгнать их прочь даже за пределы Рогейна. В гуле голосов Шура хорошо различал слова мелких дорожных торговцев, что сидели за соседним столом. Один из них, красномордый, хлопнул рукой по столу и веско сказал:
– Вот помянете меня, скажу вам вот что. Бои будут продолжаться от силы месяц, а там мы пойдем торговать в Рогейн вслед за нашими солдатами. Им наверняка увеличат жалование, которое они захотят потратить на наши безделушки.
– Не меньше трех месяцев, - коротко возразил торговец с изможденным лицом.
За столом завязался спор, красномордый даже побился об заклад на свой лоток с товаром, что через месяц он будет торговать в Рогейне.
Шуру этот пустой разговор не интересовал, он старательно прислушивался к другим словам, еле уловимым, но приносящим новости. Два найта за дальним столом, очевидно приятели, обсуждали предложение какого-то купца.
Найты были подвыпившими, их громкий разговор доносился до Шуры, хоть собеседники сидели далековато от него.
– Можно, конечно, взяться за это. Хлопотно, зато денег-то много. Независимо от ключей.
– Сколько?
– Пятьдесят эджей.
– Нормально.
– Да, только надо ехать на край Хэма. А там сейчас хозяйничают борнийцы.
– Хм… Так и вправду можно угодить в западню. Кто их знает, этих борнийцев.
Шура услышал в разговоре самое главное - имя купца. Берендорк.
Когда с торжища вернулся Заг, неся мешок со съестными припасами, Шура его обрадовал.
– Загги, не хочешь опять смотаться в Хэм? Тебя не сильно напугали борнийцы?
Рулевой по своей привычке передернул плечами.
– Так ты не против?
– Зачем? - наконец поинтересовался Заг.
– Глупый вопрос. За деньгами, конечно же. Может, Красного Волка по пути встретим. Только сначала заедем в один городишко, где живет купец Берендорк.
Новый наниматель оказался невысоким, болезненно худым человеком с целой копной курчавых седых волос на большой голове. Глядя на Берендорка, Шура никак не мог отделаться от мысли, что тому на голову нацепили кусок нестриженной бараньей шерсти.
– Да! Я нанимаю всех желающих. О, Всесильный Доллар, зачем эта война? Зачем, скажите мне? - и голос у него был такой же, как у блеющей овцы. - Наживутся только те, кто кует и продает мечи. Зачем воевать, если можно торговать?
– Сколько даете задатка?
– Ни-сколь-ко! Понятно? Привезете камни - получите деньги.
– Сколько найтов по твоему поручению уже отправились в Хэм?
– Ты будешь восьмым.
– Ясно. Рассказывай подробнее, где это?
Берендорк принялся описывать местонахождение дома на окраине маленького приграничного городка в Хэме. По словам купца, там в тайнике был спрятан сундучок с цветными камнями из гор Осси. Несколько лет Берендорк торговал с горцами, чтобы накопить самоцветов и выгодно продать их в Рогейне. Да не успел - война помешала. И теперь его сокровище покоилось в принадлежащем купцу доме неподалеку границы. Оно хранилось в тайнике, "если управляющий, собака, не украл перед приходом войска борнийцев. Будет списывать потерю камней на войну - не верьте, душу из него вытрясите, а сундук мой верните".
– И не вздумайте присвоить себе камни. Я щедро заплачу, если привезете. В противном случае… меня лично принимает король. И все деньги потрачу на найтов. Я тогда твою голову повешу над своим камином.
Шура криво ухмыльнулся. Уж подобных угроз ему нечего было страшиться. Но купец сам подтолкнул его к такой мысли. Интересно, целого сундука с камнями хватит, чтобы купить допинг?
