На зеленой жреческой машине поднялся в седле найт. Предводитель вскинул вверх руку в кожаной перчатке и резко выбросил ее в сторону преграды из веток.
На ходу разделяясь на два равномерных потока, борнийские мотоциклы ринулись к указанной цели.
Зеленые машины не бросились в лоб на позиции ВиктСра, а принялись на безопасной дистанции обходить препятствие.
Приблизившись, все борнийские мотоциклы одновременно врубили фары, слепя защитников степной крепости. Две челюсти многоглазого рокочущего зверя принялись неумолимо огибать преграду.
Шуре со своего наблюдательного поста почудилось, будто зеленая травяная змея с самодовольным урчанием заглатывает маленького мышонка. Серенький зверек мог пищать, мог кусаться своими острыми зубками, но участь его была предрешена.
Лишь только передние мотоциклы обогнули ограду, многоголосое визжание сигналов оглушило несчастных солдат. Под этот пронзительный вой и рев моторов первые найты ворвались в стан.
Ударили долгомерные копья, протыкая тела бойцов полковника ВиктСра, за ними вступили в дело мечи, топоры и дубины, колеса и коляски начали сбивать людей на землю, давя и ломая кости. Исступленно рычали моторы, их рев смешивался с яростными выкриками и заглушал стоны. Прыгали колеса по веткам и рвам, летела земля из-под протекторов, лязгала сталь.
За считанные минуты найты смяли защитный порядок солдат Баделенда, усеяв землю телами в серой форме.
Но вот, повинуясь бешеным окрикам, солдаты сгрудились вокруг коренастой фигуры, втиснулись в ветки. Прижатые к ограде, они начали огрызаться.
Шура одобрительно сжал кулак, когда увидел, как борнийского рулевого сбило копье, как меч достал найта, оружие которого застряло в кольчуге солдата.
Одна зеленая машина влетела передним колесом в ров, потеряла ход. Пока мотоцикл неистово рычал, силясь выбраться из неглубокой западни, на него уже заскочили двое бойцов в серой форме. Один сразу же упал с раскроенным черепом, зато второй успел рубануть найта, сбросил его на землю, а сам сзади обхватил рукой горло рулевого.
Борниец отчаянно дергался, пытаясь освободиться, бросил руль, схватившись руками за руку баделендца. Перед этим он на полную крутанул рукоять газа, неуправляемый мотоцикл вырвался из ямы, налетел на другую машину, сбил ее и сбросил рулевого. Найта тут же прикончило солдатское копье.
В какой-то момент Шуре стало казаться, что ВиктСру удалось наладить оборону и его бойцы смогут удержаться. Но слишком много было борнийских машин, слишком длинны и проворны оказались долгомерные копья. За каждый остановленный мотоцикл защитники "крепости" щедро платили десятками тел. По ним гарцевали безжалостные колеса, подпрыгивая, втаптывали в землю. Вездесущие смертоносные копья крушили доспехи и пробивали плоть, складывая перед заграждением из веток ограду из серых тел.
Красный волк в голове Шуры безумно хохотал, глядя, как впереди потоки крови заливают взрытую мечами и протекторами землю, как умирают десятки людей. Глаза, через которые зверь смотрел на мир, вскоре превратились в узкие щелочки. С трудом загнав волка в укрытие, Шура понял, что битва превращается в побоище. Горстка солдат еще грудилась вокруг полковника, но кружащих вокруг них мотоциклов оставалось очень много. А когда из раскуроченного стана начали в панике разбегаться оставшиеся солдаты, найт спрыгнул вниз.
– Погнали!
Им давно уже следовало смыться отсюда.
"Планета" стремительно выкатилась из лесопосадки и, набирая скорость, понеслась на запад. Краем глаза Шура заметил зеленый мотоцикл в сотне метров позади справа.
Перед борнийцем, задыхаясь, из последних сил бежал солдат в серой форме. Развевались светлые патлы на потерявшей шлем голове, ужас поселился на лице. Медленно катился зеленый мотоцикл, найт время от времени лениво покалывал копьем в спину несчастного, заставляя того, еле живого, бежать еще быстрее.
Вынырнувшая сбоку "Планета" уже не могла уйти от схватки. Поспешно отстегивая копье, Шура понимал, что времени на долгий бой у них нету. В полукилометре хищно урчали двигатели десятков зеленых машин.
Борнийский найт слегка опешил от неожиданного появления голубого мотоцикла. Он даже не успел нанести смертельный удар несчастному солдату, и бедолага отчаянно заковылял прочь.
Двое борнийцев переключились на другую цель. Но Оса и ее седоки вовсе не были растерянными солдатами, которых можно гонять по полю, словно сытая кошка пойманную и слегка придавленную мышь.
В последних лучах заходящего солнца тускло блеснуло острие Большого Жала. Встречное копье от едва заметного рикошета отправилось в сторону, не замедляя движения. А листообразный наконечник Жала Осы впился в неприкрытую грудь чужого рулевого.
Шура тут же прижал локоть к телу, удерживая навалившуюся тяжесть, и копье, проломив кости встречной грудины и ребра, вышло со спины борнийского рулевого. Пробившийся через куртку рулевого конец наконечника клюнул зеленую грудь найта.
