Сказитель был еще молод и малоопытен, хоть и знал много. Стремясь к высокопарным речам, он видимо забыл, что найты всегда платили щедрее всех. Кто ему даст сколько серебряных бримонов? Не землепашцы же, и не солдаты. Своими словам молодой сказитель сам лишал себя заработка.
– Что творится! - возмутился Заг.
– Что-что. Призывает нас подобно этим паршивым шакалам вступить в войну. Да только это не наше дело, - жестко сказал Шура.
– Останови меня коп! - рулевой перевернул в свою глотку третью кружку пива.
Так много выпить подряд он позволял себе редко. Шура видел, что даже бесстрастный Заг все еще не может выбросить из головы то побоище, что на их глазах учинили найты Борнии.
– Хорошо, что это не наша война. С другой стороны, борнийские найты серьезно нарушили Кодекс. Мы могли бы вызывать их на поединки и перебить из всех.
Слова Шуры услышали за соседним столом.
– Можем, - выкрикнул невысокий широкоплечий найт в кожаном платке. - Можем, - повторил он, обращаясь к сказителю. - Да будут ли нам платить за борнийские ключи? И кто будет? Купцам до этого дела нет, жрецам и подавно. Король кормит этих бездельников-солдат.
– А я поеду, - из-за другого стола вскочил еще один, найт с черной косой на затылке. - Проверю, что за воины эти грозные борнийцы. Не ради заработка, а ради похвальбы.
В харчевне начался спор о силе и слабости чужеземных найтов. Сказитель ходил между столов со своей торбой, но на него не обращали внимания.
– Хорошо нам нет дела до этой войны, - сказал Шура своему рулевому. - У нас свои дела.
– А какая война - наша? Мы так и будем кататься, пока борнийцы всех не перебьют? - обычно спокойный Заг стукнул кружкой по замызганному столу.
– Всех не перебьют. Меня вот что радует: чем ближе борнийцы прижмут королевскую армию к западу, тем меньшей станет площадь, на которой нам искать Догера. Не зря же мы приготовили ему сюрприз.
– Он на территории борнийцев, - рулевой заказал себе еще кружку пива.
– Загги, напомни мне, что говорят начинающие рулевые, только покинувшие свою Школу и начавшие кататься с найтом? Как они оправдываются, когда разобьют мотоцикл не в бою, а по собственной глупости?
– Дерево дорогу перебегало.
– Я-то знаю, как быстро ты напиваешься. Не перебежит ли нам сегодня дорогу какое-то случайное дерево? И ты же сам говорил, что злобные демоны Дороги, чаще всего являются, когда рулевой во хмелю. Или это не так?
– Тьфу-тьфу-тьфу, - Заг кружкой постучал по столу.
– Может, лучше заночуем в кемпинге?
– А деньги есть?
– Денег нет.
– Значит, поедем.
– Я тебе доверяю. Что ты там говорил про Волчару? Что он на их территории? Ты думаешь, это он - предатель?
– Я знаю, что тогда ночью был жреческий мотоцикл.
– Жреческий мотоцикл… Может, жрецы катались. У предводителя борнийских найтов тоже мотоцикл жреческий. Ладно, вернемся к нашим делам. Загги, мне кажется, что Баделенду приходит конец.
– Угу.
– Я думаю, что все же стоит добраться до восточных окраин Хэма. При таком повороте войны Берендорку будет не до его сокровища.
– Точно.
– Хотя он и подобные ему своего не потеряют. Купцы не умрут с голоду при любой власти, хоть Григора, хоть Бистия. А нам с тобой деньги понадобятся. Идем на север?
– Погнали.
– А может, Бистий оттяпает себе Хэм и успокоиться? Война эта достала уже всех…
С Шурой был согласен и певец предков-байкеров. Когда "Планета" покатилась дальше и найт включил магнитофон, из него полились усиленные музыкой слова:
Да, им предстояло играть в свою собственную игру - поиск сокровищ Берендорка.
"Планета" добралась почти до середины Плойны, прежде чем повернуть на север, в Тимберию.
В харчевнях Шура внимательно слушал последние вести с войны. Бродячие сказители доносили страшные слухи со всех концов израненного Баделенда. Большой пес попал в тяжкую переделку, и пока он бился с могучим врагом, на него набросились мелкие шавки. Горные татены все чаще стали спускаться со своих вершин и учинять набеги на окраины Ремма, Бримона и Эджа. А северное приграничье, оставленное без прикрытия, опустошали безжалостные баберы. Села пустели, бросая живность и поля, крестьяне бежали поближе к Великой реке.
Шура наконец-то смог нормально усесться в седле.
До этого дорога несколько километров шла с уклоном влево, и ему приходилось перевешиваться на коляску, помогая Загу удерживать мотоцикл в равновесии. Теперь Шуре приходилось сгибать в колене занемевшую правую ногу.
– Найт, - сказал Заг.
Навстречу быстро двигался зеленый мотоцикл. Он выскочил из-за далекого поворота и не сбавляя скорости мчался по дороге.
При виде машины такого цвета Шура выругался и стал отстегивать копье.
– Фак! Неужели они добрались аж сюда?! Неимоверно!
Заг приготовился развернуться, чтобы вовремя улизнуть. Борнийцы не катались поодиночке.
Но как ни странно, зеленый мотоцикл шел один. Другие или отстали, или этот заблудился.
