Дармир
Вечер застал меня непогодой. Сильные порывы ветра трепали кроны деревьев. Экипаж подъехал к старому зданию, и чугунные ворота, которые все еще в лицо помнят основателей этого города, впустили нас внутрь.
Гаргульи, далекие предки низших, навечно застыли, облепив гроздями фасад малого учебного корпуса.
Так-так. Я был не самым примерным учеником, признаю, и лучше Адаму об этом не знать.
— Останови у заднего входа, мне не нужны лишние глаза, — коротко отдал приказ извозчику.
Нет. Все же чёрный джип, мне куда больше по душе. Когда Адам подрастёт, обязательно научу его водить машину. Кони - слишком тривиально.
Не успел закончить эту мысль, калитка распахнулась и мне навстречу вышел мой старый добрый наставник. В руках Димирон держал обычную керосиновую лампу. Мда… Как бы старик удивился, увидев, насколько человечки превзошли самих себя. Последний раз, когда он посещал их мир, старик рассказывал, что они факелы до сих пор используют, а он, уже давно лампы придумал,и теперь магию экономит. Попал дед, ну да ладно, не буду его расстраивать.
— Доброго столетия, Дар, — сухие губы растянулись в улыбке.
— Хорошего ты дитенка заделал, — хлопнув меня по спине, одобрительно хмыкнул фейри.
— Я старался, Димирон, — усмехнулся в ответ, отнимая у него лампу.
— Как он? Ты внимательно изучил витки и потоки его магии?
Учитель поправил сюртук и величаво вытянул шею. Длинные белые волосы паутиной свисали до самых плеч. Не любил он их остригать. Раньше, помню, они вообще до пояса тянулись, но, видимо, прозвище – «паучья голова», ему не понравилось.
— Тебе смешно, мальчишка? — проворчал он, заметив мою ухмылку.
— Это место навеяло приятные воспоминания.
— Да? Я до сих пор удивлён, негодник, что ты уважаемый генерал, а не мелкий воришка– рецидивист.
— Я не крал, Димирон, твою сферу, — усмехнулся в ответ.
— Знаю, твое не крал! Нашёл себе игрушки. Скажи спасибо, что я тебя не выпорол, Истан был не против.
Он вздохнул и пропустил меня внутрь.
— Адам в порядке. Энергия в отличном балансе. В замечательном, будто сам Краах его благословил. Кто его мать?
— Это неважно, Димирон, уже неважно.
— Даже мне не скажешь? Это могло бы помочь!
Он эмоционально развёл руками, сотрясая кистями в воздухе.
— Даже тебе, не скажу.
В коридорах пахло стариной. Возможно, этот запах исходил от столетних гобеленов, может быть, доносился из библиотек. Но одно могу сказать, мне он нравился.
Мы зашли в аудиторию для индивидуальных занятий. В моем случае для индивидуальных наказаний…
Адам сидел в кресле и, с удивительным для ребенка вниманием, водил глазами по учебнику.
Он меня почувствовал. Замер и медленно поднял глаза. А вот эта особенность ему от матери досталась. Девчонка тоже любитель так на меня смотреть.
— Отец…, — тихо сказал Адам и поднялся на ноги.
— Как ты, Адам? Прости, мне пришлось тебя оставить.
Мальчик подошёл ближе и протянул мне руку. Несмотря на то, что во время перехода через завесу, он почти полностью потерял память, здоровался все еще так же, как было принято в их мире.
Я пожал его маленькую руку и улыбнулся.
— Я подумал, ты меня оставишь здесь. Я что-то сделал не так?
— Никогда так не думай. Чтобы ты не сделал, Адам, ты мой сын. Я никогда тебя не оставлю. Ты можешь доверять мне…
Он кивнул и посмотрел на наставника, который беспечно крутится возле стола, с резвостью юнца перебирая свитки.
— Спасибо, сирр Димирон.
— Ты под моей опекой. Не за что благодарить. Скоро начнутся занятия.
Ко мне хитрец никогда не был столь благосклонен.
— Я считаю, Дармир, ещё неделю мы позанимаемся с Адамом индивидуально. Не все дети такие рассудительные, как твой сын. Большинство… Хм, ну ты понял как кто.
Действительно, Адам был на других непохож. В этом я полностью поддерживал мнение наставника.
— Пойдём, Адам, тебе нужно отдохнуть. Ты молодец, отлично потрудился, — протянув ему раскрытую ладонь, улыбнулся я.
Ребёнок доверительно вложил свою руку, и мы направились к выходу.
— Постой, Дармир. Что за человечку ты мне отправляешь?
Хитрец прищурился, скрестив руки на груди.
— Моя каллисти. Ты же знаешь, много дел. Объясни ей азы, будь любезен.
Он все еще с подозрением на меня смотрел.
— Хорошо… Пусть приходит.
Старик тихо вздохнул, и взгляд жёлтых глаз наполнился ещё большим любопытством.
Только не это… Девочка должна уметь держать язык за зубами.
***
Сын мирно спал на моих руках, когда я занес его в комнату и уложил в кровать. Утомили мальца. Прикоснулся губами ко лбу, и накрыл одеялом, на всякий случай наложив сто и одно заклинание на каждый угол. С каких пор я столь осторожен? Надо себя сдерживать.
В конце коридора, в комнате, которую я отвел для Валери, горел свет.
Уже было направился к себе, но что-то заставило поменять маршрут.
— Несносные девки, — процедил сквозь зубы, перед тем как войти.
Нина сидела на постели, держа сестру за руку. Она обернулась на скрип, и я увидел тревогу в ее глазах.
Девушка подскочила и буквально метнулась в мою сторону, что странно, обычно она от меня убегает.
Тонкие, холодные пальцы коснулись моей руки.
