Это первый раз, когда имя само всплывает в мозгу. От неожиданности у Шерлока приоткрывается рот. Майкрофт – его брат. Майкрофт очень раздражает его, но, к сожалению, иногда он очень необходим. Внезапно у Шерлока начинает кружиться голова. Он видит перед собой маленького мальчика с копной черных волос, который крепко держит за руку парня постарше. Он слышит смех детей, чувствует песок с игровой площадки у себя на губах вперемешку с болью и разочарованием где-то глубоко внутри. Он не понимает, почему другие не могут понять его. Шерлок чувствует долговязое молодое тело и воротник своего выпускного костюма, давящего на шею. Чувствует, как волна кокаина бежит по его венам. Он испытывает на прочность свой интеллект, ставит опыты, расследует убийства. Находит жилье. Квартира 221 Б. Шерлок сильнее сжимает руками диванную подушку. Он знает, что будет дальше.
Но все прекращается. Воспоминания вновь утекают от него. Его снова обволакивает сонная дымка. Шерлоку хочется кричать. Вместо этого он натянуто улыбается Майкрофту.
– Что тебе надо?
Майкрофт вздыхает так, словно это последний вздох в его жизни. Он начинает говорить, но Шерлок не слушает его. Почти три десятка лет его жизни вернулись в одно мгновение. Что же требуется, чтобы восстановить оставшееся?
Джон вскоре присоединяется к ним, неся на сером подносе три чашки кофе и сахарницу. Шерлоку хочется его поцеловать, как никогда. Но больше всего он хочет вспомнить Джона, вернуть все воспоминания, связанные с ним. Теперь Шерлок знает, что это реально и что нет ничего невозможного.
Когда Майкрофт уходит, Шерлок сжимает Джона в объятиях и целует до тех пор, пока они оба не перестают дышать, думать, удивляться, забывать, вспоминать…
– – –
Лето накатывается на Лондон волной тепла и дождей, а Шерлок осознает, что с того момента, как произошел тот несчастный случай, прошло уже полгода.
Позднее утро. Они снова спят на разных половинах кровати. Это утро врывается к ним в спальню тонкой струйкой света через окно и растекается серебряной лужицей на полу. Начинается дождь. Шерлоку уютно и тепло. Джон лежит тихо, спиной к нему, только плечи едва заметно поднимаются и опускаются, а дыхание шепотом скользит по подушке. Шерлок, все еще неуверенный из-за своего пребывания в незнакомом мире, хочет протянуть руку, коснуться этого спасительного якоря в море сна, пропитаться его реальностью.
Шерлок приподнимается на локтях, быстро перекатывается на другую сторону и осторожно обнимает Джона за талию. Тихий ритм дыхания сбивается на миг. Шерлок замирает, но Джон только вздыхает, и мышцы на его животе напрягаются. Он все еще спит. Затаив дыхание, Шерлок скользит пальцами вниз по животу, чувствуя выступающие мышцы и ребра, а еще мерный стук сердца. Шерлок утыкается лбом в плечо Джона, с губ слетает вздох безмерного удовольствия.
Джон шевелится, и Шерлок чувствует, как с трепетом открылись его глаза, чует его смущение из–за неожиданного положения, в котором он проснулся, пробует на вкус то, как он удивляется рукам, обвившихся вокруг талии, и кудрей, что щекочут ему шею. Джон стал для него всеми пятью чувствами. Шерлок прижимается к нему еще больше. Шесть месяцев в туманном мире. Если бы не Джон Ватсон, то муки неизвестности давно бы его убили.
Благодарность за все это комом застревает у Шерлока в горле.
– Доброе утро, – бубнит Джон. – Что все это значит?
Шерлок только пожимает плечами и отваживается наконец легко прикоснуться губами к шее Джона. Тот сжимает руки.
– Расслабься, – шепчет Шерлок. Его кожа такая естественно мягкая, пахнет чаем, потом и сном. Джон судорожно вздыхает, поворачивается, и Шерлок уже видит вопрос на его губах. Он целует Джона и может попробовать на вкус все эти «почему?» и «и что дальше?». Ох, Джон весь состоит из сплошных вопросов.
Но им не нужны слова.
Обычно Джон вытягивает подбородок, обхватывает Шерлока руками и выдыхает в его губы какие-то неразборчивые ласковые слова. Потом он обычно выпутывается из объятий…
(Шерлок объясняет это страхом, осторожностью и еще много чем)
…но в это утро Джон остается. Пальцы зарываются в волосы Шерлока, рот открывается, а рука ложится на мягкий изгиб его бедра. У Шерлока голова идет кругом. Свет за окном слабеет, дождь сильнее барабанит по крыше. Не хватает воздуха, – наверное, поэтому он вынужден вдыхать Джона так отчаянно и безрассудно.
Пальцы танцуют где-то у основания спины. Губы спускаются на подбородок, затем на шею, ключицы, достигают живота. Мир так реален. Джон закрывает глаза, и мир становится еще более ощутимым. Шерлок чувствует, как его бедра отрываются от кровати. Еще не сформировавшийся вздох обжигает горло.
Джон.
Оргазм, такой яркий и неконтролируемый, идет вразрез с реальностью. Шерлок не может больше сдерживаться, он цепляется за Джона, царапая ногтями его плечи и заставляя того вздрогнуть, прежде чем упасть обратно на матрас. Ему нужно время, чтобы собраться с мыслями. Плечом Шерлок чувствует, как дрожит Джон, слышит, как его собственное имя падает с его губ и разбивается о подушку.
Шерлок.
Оно и правда такое хрупкое.
