Влечение вечности полностью

– Ты меня прогоняешь? – спрашивает он.

– Иди подыщи другое тело, – отрывисто велит Калла. – Если ты истечешь кровью насмерть, какой во всем этом смысл?

В ответ Эно широко усмехается, как будто Калла не спасла его проклятую жизнь, а вручила ему по-дружески подарок на прощание. Если он останется в игре, рано или поздно жизнь у него все равно отнимут. Но Калла рада, что он, по крайней мере, умрет не от чудовищного удара топором.

– Еще увидимся! – убегая, кричит Эно.

– Надеюсь, что нет, – бурчит Калла.

Если программа снова пойдет на перезагрузку, Антон спалит дотла это киберкафе.

– Ну давай! – умоляет он, хлопая ладонью по боку машины. Громоздкий пластиковый кожух содрогается, как и напиток в стакане рядом с компьютерной мышкой. Хозяин кафе Сулянь цепляется к Антону каждый раз, когда тот приходит и не покупает еду, хотя выручка здесь зависит в первую очередь от того, сколько часов посетители проводят перед компьютером. Антон соглашается лишь на стакан какого-нибудь безалкогольного пойла, завалявшегося в холодильнике за стойкой.

– Эй!

Антон вздрагивает. И с трудом удерживается, чтобы не схватиться за ножи, не сразу узнав голос Суляня.

– Ну и чего ты ко мне подкрадываешься, – жизнерадостно спрашивает Антон, – если знаешь, что я могу перерезать тебе глотку?

Сулянь складывает руки на груди. Он тощий, будто его того и гляди сдует ветром, – Антон полагает, что именно поэтому он никогда не встречал старика за пределами кафе. Если бы они как-нибудь столкнулись на базаре, Антон был бы сражен наповал.

– Перережешь мне глотку – значит, страховку получу. Пусть это и малая толика того, что ты мне задолжал, – отвечает Сулянь.

Он почти кричит, пересиливая шум. В Сане его киберкафе – лучшее заведение для разбирающихся. Даже те, кому по карману домашний компьютер, приходят сюда порадовать себя местной атмосферой, гулом голосов бизнесменов, управляющих активами, и подростков, которые рубятся в сетевые игры. Найти свободное местечко в этом кафе почти невозможно, не позвонив Суляню заранее, слишком многие посетители устраиваются спать прямо перед мониторами, не желая уходить на ночь. Почти каждое утро в киберкафе начинается с того, что Сулянь выпроваживает клиентов, которые в состоянии хотя бы держаться на ногах, если их экраны выключены, а оплаченные минуты давно истекли.

Старик откашливается.

– Ты вообще собираешься выплачивать долги, которые у тебя здесь накопились?

Антон отпивает из стакана. Все верно. За компьютерное время он не платил уже несколько месяцев.

– Обязательно выплачу, – обещает он. Это звучит неубедительно даже для него. – Скоро.

– Разве не ты унес с Дацюня больше всех монет? – вопрошает Сулянь, подняв бровь. – Если что, я смотрю новости.

Антон бурчит себе под нос. Сам виноват, дал Суляню мельком увидеть номер на его браслете, но в списке мудрых стариков Сань-Эра, которым можно доверять, Сулянь занимает одно из первых мест.

– Да, но у меня их больше нет.

Сулянь безнадежно вздыхает. И возвращается на кухню, по пути забирая тарелки и грязные салфетки у трех посетителей в том же ряду, где сидит Антон. Они едва замечают его, влюбленно глядя в экраны, на которых что-то движется – в отличие от застывшей синей панели на экране Антона.

Кафе достаточно суматошное и шумное, чтобы Антон оставался незамеченным, но и компьютер, за которым сидит, он выбрал не случайно. Трое ребят слева от него станут препятствием для ворвавшегося преследователя, справа в двух шагах – задний выход из кафе, ведущий в лабиринт коридоров здания. Для очередного пинга еще слишком рано, обычно их устраивают раз в сутки, но Антон не хочет, чтобы его застали врасплох.

Услышав резкий звук, Антон переводит взгляд на компьютер. На экране все по-прежнему. Сигнал исходит от пейджера, прицепленного к его поясу.

«Вам отправлен счет за следующий месяц».

Антон отцепляет пейджер и с силой швыряет его на стол. Громкий стук пластика о ламинат особого удовольствия не доставляет, разве что вызывает приступ гогота у подростков, сидящих за ним. Он предпочел бы, чтобы прав был Сулянь, подозревающий, что все свои деньги он спускает в казино и борделях, чем вот эту правду. Что больница заглатывает все деньги, которые ему удается наскрести, до последнего гроша, а потом выдает кислую отрыжку – новые счета за лечение.

Экран наконец оживает. Антон придвигает кресло поближе и ждет, когда модем под столом перестанет завывать. Открыв браузер, он вводит краденый личный номер, чтобы получить доступ к архивным новостным материалам, – добрый старый Сидар Яньшу, живущий этажом выше, никогда не проверяет свои счета и ничего не помнит толком, чтобы отказаться от действий, совершенных Антоном под его именем, – и переходит к записям, сделанным в ночь после Дацюня.