Влюбийство полностью

– Алис, водичка – кайф! – когда добровольное заточение в маленькой душной комнатке подошло к концу, двоюродный брат Яра протянул мне руку, приглашая присоединиться к плескавшейся парочке влюбленных.

Они все время обнимались, прикасались друг к другу.

– Ну, Я-я-яр… – хихикала Даша, целуя своего парня в щеку.

Я задержала дыхание и, игнорируя Макса, сразу прыгнула на глубину. Эйфория вытеснила тревожные мысли. Я расслабилась, оставляя все страхи в своей любимой стихии.

В этот миг осознала, что больше не хочу страдать. Какие бы чувства я к нему не испытывала, это больше не имеет никакого значения. Тем более когда рядом находится веселый безбашенный красавец с устрашающей татуировкой паука на груди…

Вынырнув, поплыла сразу в широкие объятия Макса.

– А ты круто плаваешь! – Османов присвистнул, оттесняя меня к бортику.

– Я еще не такое могу… – улыбнувшись, почувствовала исходящий от него огонь, краем глаза отметив, что кто-то целует свою девушку с открытыми глазами…

* * *

– Я жду подробностей, – произнес Тоша с интонацией Фокса Малдера, грохая подносом с нашим обедом о дешевый пластик стола.

– Ты о чем? – поморщилась, сделав маленький глоток эспрессо: он оказался чересчур горячим.

Друг дернул подбородком:

– Ты уже несколько дней уезжаешь в компании загадочного татуированного парня на тюнингованной тачке, который выглядит так, будто сошел с обложки «GQ», а я до сих пор ничего не знаю! – одногруппник фыркнул, прожигая обиженным взглядом.

– Ох, ты об этом…

Хотела бы я поделиться, однако, несмотря на ежедневные встречи с Максом, сухой остаток оставался следующим – я понятия не имела, что между нами. Вернее, даже после нескольких не слишком безобидных поцелуев не могла охарактеризовать свои чувства к нему.

Я будто находилась в огромном котле, варясь в самых разных эмоциях. Хотя описание Тоши было абсолютно верным – таких красавцев еще поискать надо! Правда, у меня в груди так и торчала ледышка.

«Отмороженная!» – издевательски прыснул внутренний голос, и я даже не обиделась. Наверное, со мной что-то не так – душевный мазохизм налицо!

– Алис?! – блондин пощелкал пальцами в воздухе.

– Мы просто друзья… – ответила осторожно.

В конце концов, пока мы не обсудили статус отношений, это понятие наиболее верное.

– Хм, я думал, мы тоже друзья… Только я не целую тебя при встрече так, будто хочу высосать мозг! – Антон ухмыльнулся, делая большой глоток кофе.

Я отвела взгляд, мечтая свернуть разговор.

Как раз в этот момент в дверях студенческого кафе показался Ярослав. Задумчивый и красивый. В черных джинсах и темно-бордовой клетчатой рубашке. Сердце непроизвольно понеслось вскачь, словно дворняга, виляя хвостом. Одного его взгляда, брошенного на меня вскользь, хватило, чтобы пульс подскочил до Эвереста, а затем долбанулся о землю, заставив шумно выдохнуть.

– Яр, присоединяйся! – проорал Тоша, оживленно жестикулируя.

– Только этого не хватало… – пробормотала, обнаружив, что мой недородственник воспользовался приглашением, уверенной походкой направляясь к нашему столу.

– Приятного аппетита! – улыбнулся Ярослав, косясь на огромную очередь перед кассой. – Подожду, пока рассосется.

У меня от его улыбки мороз пошел по коже. Вот дура!

– Угощайся! – Тоша указал однокурснику на тарелку с пирожками.

– Благодарю, но у меня режим «Терминатор». Сейчас на сушке, – пояснил Туманов, расслабленно закидывая руки над головой.

Он вытянул длинные ноги, скрещивая их под столом.

– А я, наоборот, на наборе! – хмыкнув, Антон потянулся к очередному хлебобулочному изделию. Я последовала его примеру, делая вид, что занята едой, когда блондин с набитым ртом выдал: – Алис, ты так и не рассказала про своего горячего ухажера!

Пирожок чуть не выпал у меня из рук.

Несмотря на то, что мы продолжали общаться с Максом, он больше не появлялся в доме Османовых. Возможно, Яр вообще был не в курсе нашего общения. Спасибо, Тоша!

– Вряд ли Яру будет интересно… – неуверенно покачала головой.

– Почему же?! Очень даже интересно, – с невинным видом Туманов захлопал глазами.

– Алис, колись. Мы тут все сгораем от нетерпения! – никак не мог уняться друг. – Целуется-то хоть сносно?!

Вот идиот!

– Более чем… – промямлила, ощущая, как дрожат пальцы.

– Поцелуи без любви – как курить не взатяг, – вдруг произнес Яр.

Он посмотрел на меня с лихорадочным блеском в глазах.

– Возможно. Только я ни разу не пробовала курить. Пыталась как-то раз, но меня остановили… – выдержала его острый цепкий взгляд, сжимая пирожок с такой силой, что из него закапало малиновое варенье.

– Лучше не пробуй. Тот, кто тебя остановил, наверняка желал добра, – процедил, слабо улыбаясь.

– На этот раз меня некому остановить, – вздохнула, сглатывая комок, потому что мое заявление прозвучало слишком двусмысленно.