– О чем ты думаешь? – крепче прижал девушку к себе, стараясь прочитать всё по блестящим изумрудным глазам.
– После смерти отца от меня осталась лишь оболочка. Психологи твердили, что нужно время, но оказалось всё гораздо проще. Спасибо тебе, Ярослав.
– За что? – уткнулся губами в ее обнаженное плечо.
– Я снова научилась чувствовать, радоваться жизни, дышать полной грудью… Рядом с тобой я не просто живу, я парю.
Она смущенно улыбнулась.
– Когда я впервые тебя увидел – ощутил то, чего не чувствовал никогда и не с кем. Но самое поразительное, с каждым днем эти эмоции становятся только острее… – на автопилоте провел подушечкой указательного пальца по небольшой выемке на её подбородке, так что чувственный рот блондинки приоткрылся. Алиса шумно сглотнула.
Мы улыбались, наслаждаясь ощущением полнейшей гармонии и родства душ, понимая: что бы ни произошло, мы способны успокоить друг друга, дать опору, силу…
Поразительно насколько наши истории были похожи. Только недавно осознал, в какой глубокой депрессии находился после смерти матери. Снаружи живой человек, а внутри пустая безжизненная субстанция без единой эмоции.
– Расскажи мне что-нибудь о ней… – еле слышно попросила, утопая пальцами в моих волосах.
Покачал головой, поражаясь, как ей удалось прочитать мои мысли.
– Она была не просто матерью, она была моим лучшим другом, – помолчал, воспроизводя в памяти огромные светло-серые глаза оттенка весеннего тумана. – Мы были очень близки: зимой вместе катались на лыжах, летом устраивали пикники в лесу, собирали грибы. На день рождения и на восьмое марта я мастерил ей подарки своими руками: мама хранила каждую безделушку. А еще мы любили мультик про Карлсона, который живет на крыше. Она часто приговаривала, когда пекла что-то в кухне:
– Жаль, что мне не удалось с ней познакомиться… – сонно пробормотала Алиса.
– Действительно, жаль. – Постарался, чтобы голос звучал спокойно. – А теперь спи. – Поцеловал ее в висок.
Не смог сдержать улыбки, услышав, как любимая засопела, стоило ей только прикрыть глаза. Алисе невдомек, что я любовался ей спящей каждый раз поздно ночью или рано утром на рассвете: гладил по волосам, отгоняя кошмары, которые, к несчастью, до сих пор иногда ее преследовали.
Я вздрогнул, услышав звук входящего сообщения.
Даша:
Твою мать.
Уже открыл голосовое, чтобы начитать ей пару куплетов отборного мата, но в последний момент передумал, отправляя нашу переписку в архив.
Мой игнор – самый правильный и действенный ответ для стервы, у которой нет ничего святого. Вздохнув, я выключил ночник, прижимаясь крепче к любимой девушке.
* * *
Алиса
Все выходные мы с Яром не выходили из квартиры. Аллилуйя тому, кто изобрел доставку продуктов и сервис Яндекс. Еда. Определенно я могла записать этот уикенд в копилку лучших уикендов своей жизни, не смущало даже то, что от обилия поцелуев саднило губы.
– Я люблю тебя.
– А я тебя.
Мы остановились на парковке около корпуса и еще некоторое время не могли оторваться друг от друга.
– Надо идти! Пара начнется через пять минут, а Самохвалова терпеть не может, когда опаздывают. Она помешана на пунктуальности.
– Я бы с радостью, но не уверен, что могу сейчас идти. – В его пронзительных серых глазах танцевали бесята. – Дай мне немного остыть: при виде этого засоса у тебя на шее…
– О боже! Почему ты не сказал, что у меня засос?! Нужно срочно его замазать! – достала из сумки пудреницу и, открыв зеркало, принялась ловко орудовать спонжем.
Внезапно наэлектризованное пространство между нами разорвал телефонный звонок.
– Батя. – Яр покачал головой, прячу улыбку в уголках губ.
Я знала: хоть он и не желал показывать, все равно радовался из-за явного потепления в их отношениях.
– Слушаю! – поздоровавшись, любимый накрыл мою ладонь рукой. – Кстати, спасибо, что так оперативно решил вопрос с колесами… Э-э… Встретиться?.. Ах, ну если дело государственной важности… – закрыв динамик ладонью, Ярослав бросил на меня извиняющийся взгляд. – Отец хочет о чем-то поговорить…
– Прикрою тебя перед Самохваловой, только на экономику не опаздывай! – я послала ему воздушный поцелуй, вылезла из машины и, ускорившись, направилась к корпусу.
А потом увидела Дашу.
Она стояла как вкопанная, перегородив мне путь, и смотрела куда-то вверх. Проследив за направлением ее взгляда, я сосредоточилась на огромном баннере, и сердце чуть не выпрыгнуло из груди…