Как тогда, на мосту, наше расслабленное дыхание синхронизируется, только на этот раз мы делимся им друг с другом.
В моей голове возникает поток мощных ассоциаций. Слышали про эффект слоу мо? Сам часто применяю его в работе. Он позволяет акцентировать внимание на деталях, которые мы можем не заметить при нормальной скорости воспроизведения. Вот теперь следующий вопрос: «Вы когда-нибудь целовались в режиме «слоу мо»? Я — нет. И здесь Гордеева для меня первооткрыватель. Что я чувствую? Переполняемые мою черепную коробку ощущения эмоционально распаляются за счёт плавного, неторопливого темпа поцелуя.
Лиля сейчас проворачивает со мной какие-то запрещённые махинации: от нежного захватывания моих губ до медленного их покусывания.
Скольжу ладонью по обнаженному бедру Гордеевой. Не торопясь. Как будто читая кончиками пальцев невидимый шрифт на нежной коже. Увлекаясь и не встречая сопротивления, другой рукой пробираюсь под футболку, прижимая Лилю за талию ещё ближе к себе.
Мне выделяют всего несколько минут, чтобы я мог насладиться тактильным соблазном. Затем Лиля отстраняется, выдыхая в губы:
— Не спеши. А то успеешь, — и только потом открывает глаза. А меня накрывает от её затуманенного взгляда.
— Понял, — не вдаваясь в подробности сказанного, убираю свои шаловливые ручонки. Обхватываю ими лицо Гордеевой. Снова целую. И на этот раз, следуя совету, не спешу, растягиваю удовольствие.
В благодарность за мои правильные действия Лиля знакомит мои губы с кончиком своего языка. А вот это уже приглашение с оттенком готовности идти дальше.
Проявляя инициативу, вступаю с ней в языковой контакт.
Финальные титры на стене сменяется другими, более плавными и спокойными. А вот темп нашего поцелуя начинает только наращиваться. Кровь бьётся в аортах. И, по-моему, не только у меня.
С каждым прикосновением губ и соблазнительно-вихревым движением наших языков мои мысли постепенно сваливают в туман. Но я успеваю зацепить последнюю: робкий, чувственный, постепенно набирающий обороты «Доктор Пеппер», происходящий сейчас в моей комнате, намного круче по ощущениям, чем настойчивый, безэмоционально-механический «карамельный попкорн», который был пару часов назад в кинотеатре.
Так что тут, Гордеева, победа за тобой.
Лиля.
Очередной студенческий будний день. Скучный. Бесконечный. Большая перемена, которая вот-вот перетечёт в учебное время, отведённое для лекций. Университетская столовая, заполненная суетливыми, вечно голодными студентами, ещё не теряющими надежду наполнить свой желудок сухомяткой или чем посущественнее.
А вот я и девчонки из моей компании никуда не торопимся. Неожиданно образовавшееся «окно» предоставило нам кучу свободного времени, чтобы и поболтать, и перекусить, и даже вздремнуть. Как, например, Карина. Которая видимо снова, как она сама любит говорить: «Вчера легла спать сегодня». Вот и отсыпается заядлая тусовщица, умудряющаяся неплохо отдохнуть даже среди недели.
Я расположилась за пустым столом, если не считать сидящую слева от меня и одновременно спящую, положившую лицо на руки, вышеупомянутую Карину. Соседние стулья показательно заняты брошенными на них рюкзаками и сумками. Мои попытки заняться полезной работой, а именно переписать у однокурсницы лекции по культурологии во время незапланированного обеда, провалились. Кофе на столе мирно остывает. Пирожное элегантно надкусано и начинает заветриваться на блюдце. Раскрытая тетрадь с чужим размашистым почерком отложена в сторону. А я старательно вырисовываю цветные «косички» на полях своей тетради в клеточку. Ручки всех цветов радуги любезно мне предоставила Дина, которая сейчас весело проводит время в очереди за «первым, вторым и компотом».
