— Я не голодна, правда. Так что, может, сразу по домам? А то кому-то ещё лекции учить.
— А кому-то фотографии обрабатывать, — вздыхает, смотрит время на панели приборов. — Но хотя бы кофе на заправке я могу тебя угостить? Всё равно туда заскочим, а то как бы не встать посреди трассы с пустым баком.
— Можешь...
Артём снова касается моего плеча и вскользь моей щеки. И адреналиновые бабочки тут же оживляются и перекочевывают из живота в мою голову.
Доезжаем до ярко освещённой заправки.
— Пойдем со мной, сама выберешь, какой кофе будешь, — Артём глушит двигатель.
Заходим внутрь, Артём сразу направляется к кассе, а я ищу глазами кофейный аппарат. Но нахожу совсем не то, что мне нужно. А точнее, не того.
Сокович-старший. Он же отец Тимура.
Поздно. Заметил. И судя по его насмешливой улыбке, узнал…
* The Overtones — I Say a Little Prayer
Лиля.
И этот пуп земли меня тоже бесит. Смотрит всегда свысока. Нагло. Раздевая глазами. Да, для своих сорока с чем-то Сокович-старший в довольно хорошей физической форме. Но лично меня он нисколечко не привлекает. Потому что вся его мужская красота отталкивает своей высокомерностью и позёрством. Что вы, у него же есть деньги, крутая тачка и арсенал «сладкой ваты», которую он готов впихивать в рот молоденьким девушкам. Когда они этот самый свой рот открывают от удивления, что такой невероятный, фантастический мужчина подошёл с ними познакомиться.
Отворачиваюсь. Иногда мой мозг в ситуациях, попахивающих эмоциональной напряжёнкой, начинает быстро генерировать мысли и действия. Поэтому я сразу же нахожу кофейный аппарат в самом углу зала, около стеллажей со всякой съедобной фигнёй типа шоколада, печенья и мармелада. Спиной не перестаю ощущать пристальный, свербящий взгляд. С каждым шагом доставляющий физический дискомфорт, как будто мне в спину шуруп вкручивают. На секунду оборачиваюсь, не выдерживая тактильных галлюцинаций. Оба-на. Два представителя фамилии Сокович: Артём и Дмитрий (как его там по батюшке, понятия не имею), столкнувшись на кассе, о чём-то беседуют и смотрят в мою сторону. Чую, не миновать мне допроса с пристрастием. А такой вечер прекрасный был…
Бездумно нажимаю кнопки сенсорного экрана аппарата. Наблюдая за процентной строкой приготовления напитка, чувствую, что сама начинаю как будто чем-то наполняться. Только не положительными эмоциями, которые можно сравнить с горячим, вкусным и бархатным кофе, а чем-то неприятным, как холодный, пресный и тошнотный коктейль под названием «Горечь и досада».
Тяну время, выбираю кофе и для Артёма. Нарочно долго добавляю сахар и сироп в свежесваренный капучино.
Может, Сокович-старший оплатит уже дорогой бензин для своего траходрома на колесах и укатит на все четыре стороны? Ан, нет. Всё еще стоит.
Но не могу же я вечно тут стоять? Лавируя между газировкой, чипсами и автотоварами, оказываюсь около Артёма. Ставлю кофе перед ним на стойку:
— Я тебе тоже взяла, — и тут перевожу взгляд на Соковича-старшего.
— Тём, приезжай к нам в пятницу вечером. Мы планируем сауну арендовать. Попаримся, отдохнём, — обращается к племяннику, а сально смотрит на меня. — Можешь подружку с собой захватить.
— Дим, я подумаю, — жмёт ему руку, подчеркивая этим самым, что разговор окончен.
«Играя в молчанку», выходим из торгового зала минимаркета заправки и, так же не проронив ни слова, садимся в машину. Обратная дорога до города пролетает в задумчивой тишине. Хорошо хоть не в тяжелой и гнетущей.
