Ничего не отвечаю. Продолжаю обмениваться с Гордеевой эмоциями на телесном уровне. На ощупь, по памяти нахожу пальцами шрамик на её спине. Заботливо глажу.
— А мне вот интересно, — снова отстраняется, приподнимаясь на локтях и заглядывая с неподдельным любопытством в пространство между нами, — ты им физически управляешь, как рукой или ногой? Или это сила мысли?
— Лиля, — улыбаюсь сквозь поцелуй, — займи, пожалуйста, свой рот.
— Чем?
— Для начала, моим языком.
Исполняет. Да так, что приходится заканчивать этот прекрасный «вечер-ночь-утро» в миссионерской позе…
— И комнату не забудь проветрить. А то сексом за километр веет, — в прихожей застёгиваю куртку, наблюдая, как растрёпанная Гордеева зевает, прикрывая рот ладошкой.
— Вот обязательно надо было что-то подобное ляпнуть? — ууу, какая злюка сразу.
— Я же за тебя беспокоюсь, чтоб родители не спалили. И не задавали лишних вопросов.
— Чтобы они не задавали лишних вопросов, твоей ноги здесь уже не должно быть.
— Всё, исчезаю.
Лиля подходит ко мне, а я напоследок грею руки под её футболкой.
— Спасибо, — искренне благодарю.
— За что?
— За то, что уже и забыл, с какими мыслями зашёл в твою комнату.
— Обращайся, — смущается, затем начинает часто моргать и мотать головой: — Нет, я не в том смысле…
— Я понял, — выхожу из квартиры и пока жду лифт, смотрю на Гордееву, которая, провожая меня, стоит в открытом дверном проёме.
— Ты чего? — теряется от моего пристального взгляда.
— Мне просто нравится на тебя смотреть.
Двери лифта распахиваются. Захожу внутрь. Лифт трогается, когда нажимаю кнопку первого этажа. Прижимаюсь спиной к стене. Затылком отбиваю неспешный ритм.
«Мне просто нравится на тебя смотреть». «Просто нравится смотреть». «Просто нравится», «Просто».
Артём.
Попав в пробку из-за ремонта дороги и передвигаясь с черепашьей скоростью по трассе, смотрю на Гордееву в зеркало заднего вида, пока выдаётся момент.
С утра пораньше поток машин в выходной день валит из города. Кто куда. А мы (я, Лиля и Дина) валим с одной конкретной целью: попасть на Фестиваль уличной культуры. Девчонки развеются немного. День от учёбы у них всё равно свободный. А у меня рабочий визит. Репортажные съёмки давно не снимаю, но не мог отказать старым друзьям, принимающим сегодня участие в соревнованиях по дисциплине «воркаут».
Мысль взять с собой Гордееву пришла почти сразу, как только мне поступило предложение поработать. Дину же я позвал, можно сказать, за компанию. А также для спокойствия Гордеевой. И для собственного спокойствия тоже. Потому что до конца не осознаю свой порыв провести в таком формате выходной вместе с Лилей. С нами мог бы поехать ещё и Лёша, но он соскочил в последний момент, свалив с отцом на рыбалку.
Ехать нам до места проведения мероприятия километров двести. В дороге проведём около двух с половиной часов. Выехали специально с временным запасом на случай всяких форс-мажоров, типа таких, как сейчас. Пробки спрогнозировать зачастую очень сложно.
За пределами моей машины серо, уныло и адская влажность: то ли туман, то ли мелкий моросящий дождь. А в салоне тепло, уютно, комфортно. Лиля спит на плече у Дины. Красивая. Без грамма косметики. На голове как обычно капюшон толстовки, скрывающий от меня её длинные волосы и половину лица.
Немудрено, что Гордееву срубило. Вчера допоздна обменивались с ней сообщениями. И наша переписка, перевалившая глубоко за полночь, неожиданно под конец приобрела пикантный характер. Инициатором подобного окраса, конечно, был я. Слово за слово, и Лиле улетела моя фотография. Весьма нескромного для неё содержания. Нет, никаких дикпиков. Боже упаси. Это не моя тема. Такие внезапные вбросы, а если они ещё без разрешения и согласия девушки, — только для закомплексованных и жадных до «трусливого» адреналинчика парней. А ведь по большей части никто из них не умеет фотографировать правильно и красиво свой член. Высылают, зачем-то придерживая его рукой, со всей мишурой заднего фона. Это примитивно, несексуально и невозбуждаемо для девушки. И кроме как чувства неловкого стыда или раздражения ничего у неё не вызовет.
Вот лично я поступил корректно и грамотно. Во-первых, спросил Лилю. Не против ли она, если я ей «кое-что» пришлю? Её ответ был положительным. Во-вторых, мой член Гордеева и так видела. Разве мог я её им удивить? Да и эксбиционизмом вроде как не страдаю.
Поэтому я ей выслал по-домашнему тёплую фоточку. В кадре часть меня, начинающаяся с пояса, расположившаяся на матрасе и вытянувшая ноги. И самое интересное, крупным планом стояк в моих трусах. Ещё и переведённый в чёрно-белый фильтр для эстетики восприятия. И подпись: «Члену, как сердцу, не прикажешь».
