Куда же тогда? Домой? Ни за что! Бесполезно. Более того — этого нельзя делать. Нужно идти в другое место. Но куда?
Опасное намерение вызревало в сердце, становясь навязчивой идеей. Ведь была Гудрун — она преспокойно сидела дома. Он мог прийти к ней, да, он придет к ней. И не вернется домой, пока не повидает ее, хотя бы это стоило ему жизни. Он все поставит на кон.
И он направился полями к Бельдоверу. Было очень темно, никто не мог его видеть. Промокшие ноги замерзли, ботинки отяжелели от прилипшей глины. Но он упорно шел вперед, гонимый, словно ветром, к своей судьбе. В сознании зияли провалы. Он помнил, что проходил деревушку Уинторп, а то, как добрался до нее, осталось тайной. И на освещенную фонарями главную улицу Бельдовера он перенесся будто во сне.
Слышался шум голосов, хлопали двери, звякали щеколды, мужчины разговаривали между собой. Только что закрылась таверна «Лорд Нельсон», и подвыпившие шахтеры разбредались по домам. Лучше спросить у одного из них, где ее дом, — ведь он плохо знал расположение местных улиц.
— Не скажете, где проходит Сомерсет-Драйв? — обратился он к покачивающемуся мужчине.
— Какая-какая?
— Сомерсет-Драйв.
— Сомерсет-Драйв! Слышал о такой, но, клянусь, не могу сказать, где она. А кто вам нужен?
— Мистер Брэнгуэн. Уильям Брэнгуэн.
— Уильям Брэнгуэн?
— Он еще преподает в Грамматической школе — в Уилли-Грин, и его дочери тоже.
— A-а… Брэнгуэн! Теперь ясно. Ну конечно же, Уильям Брэнгуэн! И у него действительно две дочурки, и они тоже учительницы. Да, это он, это он! Ну конечно, я знаю, где он живет, клянусь, знаю! Как вы сказали, называется улица?
— Сомерсет-Драйв, — терпеливо повторил Джеральд. Он хорошо знал своих шахтеров.
— Точно, Сомерсет-Драйв! — подтвердил шахтер, размахивая рукой, словно хотел от чего-то отмахнуться. — Сомерсет-Драйв — никак не запомню это название. Но само место знаю — будьте уверены…
Он повернулся, покачиваясь, и указал на темную, безлюдную улицу.
— Идите прямо, потом первый поворот — да, первый поворот налево, мимо магазина Уитамсов…
— Знаю его, — сказал Джеральд.
— Ага! Пройдете еще малость, мимо дома, где живет лодочник, там и будет Сомерсет-Драйв, — она отходит с правой стороны… Там всего три дома, да, не больше трех, и, уверен, ваш дом — последний.
— Благодарю вас, — сказал Джеральд. — И спокойной ночи.
Он пустился в путь, а подвыпивший работяга остался стоять на том же месте.
Джеральд шел мимо темных магазинов и частных домов — во многих уже улеглись спать, — и, завернув за угол, оказался на небольшой улочке, которая выходила прямо в темное поле. Оказавшись почти у цели, он замедлил шаг, не зная, что делать дальше. А что, если дом погружен в темноту?
Нет, не погружен. Большое окно освещено, слышны голоса, стукнула калитка. Чутким ухом Джеральд уловил голос Беркина, острое зрение помогло ему разглядеть Беркина и Урсулу в светлом платье, они стояли на ступеньках, ведущих в сад. Урсула сделала шаг вперед и пошла по тропинке, опираясь на руку Беркина.
Джеральд поспешил укрыться в темноте, а парочка, весело болтая, неспешно прошла мимо. Голос Беркина звучал глуховато, Урсулы — высоко и отчетливо. Джеральд торопливо направился к дому.
Освещенное окно столовой было задернуто шторами. С боковой дорожки Джеральд видел приоткрытую дверь, из холла лился мягкий свет. Бесшумно и быстро он прошел по дорожке и заглянул в холл. На стенах висели картины, оленьи рога; отсюда были видны основание лестницы и приоткрытая дверь гостиной.
С бьющимся сердцем Джеральд ступил в холл с мозаичным полом, быстро дошел до двери и заглянул в большую уютную комнату. В кресле у огня спал отец — голова запрокинута в сторону дубовой каминной доски, отчего румяное лицо казалось немного сплюснутым, обнажились ноздри, приоткрылся рот. Малейший шум мог его разбудить.
Джеральд мгновение выжидал. Потом бросил молниеносный взгляд в коридор за спиной. Тот утопал во мраке. Еще секунда — и Джеральд взлетел вверх по лестнице. Его чувства были сверхъестественно обострены — казалось, полусонный дом находился полностью в его власти.
На площадке второго этажа он остановился, перевел дух. Там тоже была дверь — в том же месте, что и на первом этаже. Должно быть, комната матери. Он слышал ее шаги, она ходила по комнате со свечой в руке. Наверное, ждала мужа. Джеральд некоторое время всматривался в глубину коридора.
Потом решительно и осторожно двинулся вдоль стены, легко касаясь ее кончиками пальцев. Вот еще одна дверь. Джеральд остановился и прислушался. Было слышно дыхание двух людей. Не то. Он продолжал красться по коридору. Еще одна — на этот раз приоткрытая — дверь. Внутри темно. Пустая комната. Неподалеку ванная — Джеральд ощущал идущее оттуда тепло и запах мыла. И в самом конце коридора еще одна спальня. Ровное нежное дыхание. Она!
С почти неземной осторожностью Джеральд повернул ручку и слегка приоткрыл дверь. Она тихонько скрипнула. Джеральд приоткрыл дверь еще на дюйм, потом еще. Казалось, сердце его остановилось, он не издавал ни одного звука, словно его и на свете не было.
