«Дамы и господа! Через пять минут наш цеппелин причалит к «Эмпайр стейт билдинг»....» – сообщил по внутренней связи капитан цеппелина. Рей оторвался от созерцания мрачной картины величественного, но грязного индустриализированного города, которая навевала тоскливые воспоминания о нелёгком прошлом. Всё время, что он провёл в пути, он пытался разобраться в том немногом, что ему было известно об обстоятельствах смерти дяди, а известно было уж очень немного: его нашли мёртвым у себя в лаборатории. Никаких следов борьбы. Но, согласно отчёту патологоанатома, которое мистер Андерсон получил благодаря одному своему другу, внутренние органы Эдварда Андерсона были сильно повреждены и деформированы. Что могло вызвать подобные повреждения, в отчете не говорилось. Наверняка из-за того, что и сам доктор не знал этого. Таким образом, причина смерти не установлена. Ещё странное письмо, отправленное дядей за несколько дней до смерти, слежка за ним и его таинственная работа, которая должна перевернуть представление человечества об устройстве мироздания... Всё это очень странно. Профессиональное чутьё подсказывало Рею – именно работа дяди и стала причиной всех последующих событий. Но почему? Неужели он действительно нашёл нечто важное? Важное настолько, что в это оказались замешаны неизвестные пока силы? Пока лишь вопросы…«А ещё эти двое из Союза Учёных... Зуб даю – они в этом замешаны. Однако мне надо узнать, над чем работал мой дядя, и зачем к нему вломились в лабораторию... Надеюсь, мои старые связи в разведке мне помогут. Ещё надо навестить Альберта – он наверняка многое может рассказать...», – дирижабль качнулся – аппарат, наконец, причалил к мачте. Пассажиры медленно потянулись к выходу. Рей взял свою походную сумку и влился в людской поток, бредущий на волю из неуютного чрева стального кита...
Два часа Рей потратил на то, чтобы найти себе жильё. И всё это время ему казалось, будто город смотрит на него. Смотрит сурово, даже недружелюбно, словно Рей каким-то образом нарушает его отлаженную систему существования, является здесь лишним, и город стремится выдворить его со своей территории. А ведь это его родной город! Впрочем, Рей никогда его не любил… В итоге он остановился в неприметной и старой недорогой гостинице. Номера в ней были без особых излишеств – окно, стул, стол, кресло, диван, ванная комната, но это было лучшее, что он мог себе позволить, располагая крайне скудными денежными запасами.
«Да... это конечно не номер в отеле «Ритц», но для моих целей вполне сгодиться» – довольно подумал Рей, опробовав степень мягкости дивана, привыкая к постоянному шуму, доносящемуся с улицы. «Однако мне не стоит здесь рассиживаться – надо найти Альберта. Насколько я помню, он живёт за городом, а преподаёт в одном из здешних университетов. Пожалуй, стоит наведаться в этот университет...» – Андерсон поднялся, начал рыться в сумке – достал оттуда пистолет и сунул в карман куртки. Удивительно, но стоит достичь определённой…договорённости с нужным человеком, и на цеппелин тебя пропустят не то что с пистолетом – хоть на танке въезжай. И никаких проблем с таможней. «Теперь я во всеоружии» – ухмыльнулся он и покинул номер, аккуратно закрыв дверь...
Снизу улицы Нью-Йорка выглядели ещё менее красочно и живописно, нежели с высоты птичьего полёта... Впрочем, птицы давно покинули это место – они просто не могли здесь жить из-за сильного загрязнения воздуха. И как здесь люди-то живут? Хотя, что люди? Они ко всему со временем привыкают. Впрочем, город этот всё равно принадлежал не только им – тараканы и крысы никуда не делись. Далеко не лучшее соседство…
Первое, что производило колоссальное впечатление на любого посетителя Нью-Йорка – это небоскрёбы. Даже в сравнении с другими городами, где сплошь и рядом понастроили высотных зданий за последние тридцать лет, Нью-Йорк был королём небоскрёбов. Почти все здания в городе были именно небоскрёбами, подчас достигавшими абсолютно невменяемых размеров. Порой казалось, что одно такое здание вполне заменяет целый городской квартал. Именно из-за них даже днём на улицах было темно, будто над городом нависла грозовая туча, поэтому всегда работали уличные фонари, а автомобили в черте города постоянно ездили с включёнными фарами. Вечный сумрак прогресса.
Толпы пешеходов по обе стороны дороги, зажатой между взмывающими вверх громадами домов – улицы скорее походили на ущелья или каньоны. Небольшие дирижабли рассекали воздушное пространство, проворно лавируя между домами – пассажирские аппараты.
Рей остановил такси – «Форд», плавные и вычурные обводы корпуса которого очень соответствовали мрачной атмосфере города.
- Куда ехать, сэр? – обернулся к Рею водитель – судя по произношению, родом он был из Ирландии.
- Адам стрит, 212, – ответил тот, садясь в машину.
- Университет Джефферсона? Домчу! – такси мгновенно рвануло с места, развивая довольно приличную скорость и оставляя позади себя клубы сизого дыма...
