Флагман разворачивался. Медленно. Тяжеловесно. Грозно. Точно древний потревоженный зверь, которого разбудили от тысячелетнего сна. Он начал манёвр едва только на поле боя появились новые вражеские корабли. Но делал это слишком медленно и не успел завершить разворот, когда к нему, не обращая никакого внимания на поле изменения, стремительно подошёл один из этих странных и крайне опасных кораблей. Тотчас заговорили все орудия правого борта и на серебристое «веретено» понёсся всесокрушающий шквал искрящейся, ослепляющей, змеящейся молниями энергии! Мощь этого залпа была такова, что запросто могла бы снести с орбиты планету величиной с Юпитер, ведь этот флагман, «Т’хааш», что значило «непобедимый», один из трёх кораблей, которым были даны имена (другие два – «Левиафан», величайшее творение военно-научной мысли Народа, а другой – тоже флагман, ведущий Великой Первой Армады, «К’хор», названный в честь великого полководца древности), создавался как несокрушимый дредноут, способный даже в одиночку одолеть целый флот! Он должен был внушать трепет врагам своей мощью.
Но сейчас вся эта его небывалая мощь, способная разрывать на куски планеты и гасить звёзды, оказалась безсильна против маленького кораблика! Его щиты поглотили всю энергию этой небывалой атаки!
А затем он ответил!
Сначала казалось, что ничего не произошло, но потом вдруг в задней части звёздного «дракона» что-то вспыхнуло, и там моментально возникла гигантская дыра, прошивая корабль насквозь! Материя там закручивалась по спирали, сминаясь и складываясь, точно свиток пергамента… И взрывы! Огромной мощи взрывы тотчас сотрясли флагман по всей длине, расцветая на его исполинском теле тысячами алых бутонов…
Корабль, гордость Имперского флота, был повержен. В жуткой агонии, разбрасывая вокруг огромные куски обшивки и внутренних секций, он раскалывался надвое, сотрясаемый мощными взрывами…
- Не может этого быть! – произнёс Советник и в тот же миг корабль дико содрогнулся от удара неимоверной силы! Толчок был столь мощным, что несколько этажей зала с грохотом обвалились. Советник едва устоял на ногах и утратил концентрацию – сила, державшая стражниц, исчезла, и они начали падать с высоты тридцати метров! Израненные, с серьёзными травмами, в полубезсознательном состоянии от боли, которую причиняли им сломанные кости, девочки не могли ничего предпринять. Но в самый последний момент их падение вдруг остановилось – на поверженных стражниц, плавно опускающихся на пол, смотрел Советник.
Корабль, меж тем, сотрясался от взрывов, разрывавших его внутренности. От потолка откалывались огромные куски материала и летели вниз, языки пламени пробивались через дыры и трещины в стенах и оглушительные грохот, скрежет и гул терзали слух, а грубый нечеловеческий голос, заглушая всё, раз за разом повторял на своём шипяще-щёлкающем языке одну и ту же фразу.
- Что…ты…делаешь? – простонала Ирма, когда почувствовала под собой твёрдую опору. – Почему… не…добьёшь нас?
- Это не нужно, – ответил Советник. Сухо. Холодно. – Я просто оставлю вас здесь. Объявился один старый… знакомый. И это резко всё осложняет, – задумчиво и тревожно сказал он. – Чёрт! Как же всё это не вовремя!
Корабль содрогнулся особенно сильно, от напряжения застонали его металлические конструкции, и по стенам и полу начали расходиться трещины.
- Корабль гибнет. Если хотите жить, то сумеете выбраться отсюда, – и Советник исчез во вспышке белого света, оставляя искалеченных стражниц одних на гибнущем корабле в стане врага, совершенно безпомощных…
А флагман продолжал корчиться и сотрясаться в агонии, раздираемый на куски сотнями взрывов, оспинами которых каждое мгновение покрывалось его многокилометровое тело. Хвостовая часть с реакторным отсеком плавно и величественно уплывала всё дальше и дальше, как и тысячи осколков – больших и малых, огромных кусков обшивки и внутренностей полуживого корабля, элементов каких-то странных конструкций… А из повреждённых, искалеченных органических частей корабля в безмолвную и безразличную ко всему смертельно холодную пустоту космоса нескончаемыми потоками лилась вязкая зелёная жидкость, собираясь в переливающиеся шары, прицепляясь к обломкам… И каждый миг от умирающего «дракона» в надежде на спасение отстреливались похожие на капли или яйца сотни тысяч спасательных капсул…
А за всей этой величественной, торжественной и печальной картиной – за настоящей симфонией разрушения – с расстояния в несколько сотен километров наблюдали люди на шести кораблях, вышедших в бой против многократно превосходящих сил врага, с намерением и надеждой на победу, но сознававших тогда, что это будет билет в один конец. Но теперь они знали, что их миссия выполнена, что они – победители, как и те, кто в самый последний момент пришёл им на помощь!
Флагман погибал, и вместе с ним уходили в прошлое былые разногласия человеческих народов. Вместе с ним в пламени взрывов сгорала целая эпоха, давая рождение новой, которая, возможно, будет лучше прежней…
