— А как есть, так и сказал. Если бы, например, в Европе пролетарские массы по-настоящему осознали эту неизбежность, то давно бы уже революцию сделали, — быстро нашёлся Евгений Иванович. — Однако же Советская власть только у нас пока. Вот пусть на тура и любуются, в меру понимания. Но, раз это будет на капоте, то тур должен нагнуть голову — «Тур атакующий». Для иностранцев автомобиль обозначим как «Tur-attacer». Звучит красиво.
— Ладно, так и быть, уговорили. Но, всё равно, этот вопрос, мне кажется, должен решаться на самом верху. Всё-таки эта машина — достижение всего нашего Советского государства и мелочей здесь быть не может. Проведите партсобрание и примите решение. А я уж выйду с предложением в ЦК, — согласилась, наконец, Артюхина.
На показ «Туров» высшему руководству партии я опять не поехал. Интересно было бы, конечно, всё увидеть своими глазами, но и мозолить чрезмерно глаза начальству мне не хотелось. Было какое-то странное предчувствие, что являться в Кремль мне не стоит. Я ограничился лишь пространным «Заключением» по автомобилям, разнеся их конструкцию в пух и прах за кузов на деревянном каркасе и отсутствие усилителя руля и гидропривода тормозов, чем попутно оправдал отсутствие машины «усиленного бронирования». Действительно, вес такого автомобиля был бы для имеющегося шасси чрезмерным и погибнуть в автокатастрофе во время обычной поездки у пассажиров было бы гораздо больше шансов, чем от весьма редкого случая обстрела из противотанкового ружья. Из которого надо было ещё попасть в весьма резвую цель. Кстати, бронестёкол тоже не было. Придётся товарищу Сталину удовлетвориться частичной защитой от винтовки или ручного пулемёта и озаботиться проблемой прозрачной брони.
Не забыл я и пнуть Важинского полноприводной модификацией, так как страна у нас большая, а дорог мало. Тут уж Евгений Иванович «Кегрессом» не отделается, будет джипы конструировать как миленький, ибо полугусеничный лимузин — нонсенс. Может потом и грузовикам польза будет. Свою писанину я составил в трёх экземплярах и направил по команде Ежову, а заодно и Лихачёву со Сталиным.
По рассказу Рожкова, ибо главный конструктор ЗИЛа со мной три дня не разговаривал, хотя я честно не касался вопросов кондиционеров, ремней и прочей мелочи, ЗИЛ-140 и -160 были приняты очень благосклонно. Они действительно были на уровне «выше среднего» для машин такого класса. Утвердил СНК и «Тура», фигурку которого потом, победив в конкурсе скульпторов, изготовила сама Мухина.
Забегая вперёд, скажу, что в таком виде машины выпускались спеццехом ЗИЛа малой партией всего два года, до тех пор, когда в связи с большим интересом за границей не было принято решение развернуть их массовое производство. За эту пару лет моторостроители из Маркса довели до ума сырой в серии мотор 50-8Ч, а сами автомобили получили новые цельнометаллические кузова, прошедшие небольшой «рестайлинг», приблизивший их, скорее, к американцам, чем к итальянцам. А мне они больше всего напоминали при взгляде спереди увеличенную в размерах «Победу». Действительно, для улучшения обдува радиатора, декоративную решётку расширили снизу от крыла до крыла, из-за чего фары переместились в крылья. Выше решётка стала более «вертикальной», а капот приобрёл нормальный для того времени вид, слегка приподнявшись по центральной оси и отчётливо выделяясь клином. Салон в новом кузове тоже чуть расширился, поэтому снаружи передние крылья как бы слились с задними, не оставляя места атавизмам вроде подножек. «Внутри» тоже «устранили» указанные мною недостатки, особенно намаявшись с кондиционером, вернее с фреоном для него. Даже с гидравликой было всё значительно проще.
Кроме седанов и лимузинов с 8-ми и 12-ти цилиндровыми моторами стали выпускать спортивные купе и кабриолеты ЗИЛ-120, длиннобазные лимузины ЗИЛ-180 с увеличенным салоном, ставшими симбиозом двух «прародителей», полноприводные вездеходы ЗИЛ-200, поставлявшиеся почти исключительно в армию, для высшего командования. «Туры» шли не только на обслуживание советских органов власти, служили наградами и подарками выдающимся людям СССР и иностранным политическим деятелям, но и работали в такси, а также стали значительной статьёй экспорта. На «Атакерах» ездили не только царь Болгарии и король Югославии, президент Турции и иранский шах, но и сам барон Маннергейм. ЗИЛовские легковушки, без преувеличения, можно было встретить на всех континентах.
На вырученные средства к концу тридцатых годов провели полную реконструкцию бывшего автосборочного ГАЗ N2, ставшим Автозаводом Ленинского Комсомола, перенеся полностью производство «Туров» туда. Это сыграло значительную роль в войне, когда на фронт массово пошли простые и неприхотливые утилитарные вездеходы «Тур-тонна с четвертью», укомплектованные серийными моторами ЗИЛ-100-2 и ставшими основным средством тяги противотанковых артполков.
