– Завали. – Я поднимаю руку, чтобы не дать ему договорить. – Мне не нужно объяснять, почему взрослые мужики считают подобное дерьмо забавным. А еще мне не нужно рассказывать всем твоим дружкам, что флиртун из тебя так себе, а твои навыки в поцелуях – полный отстой. – В его глазах мелькает шок. – Но, эй, нельзя же быть классным во всем, верно? – Я пожимаю плечами и улыбаюсь, как бы говоря:
Раздаются нервные смешки – парни будто не уверены, нужно ли как-то реагировать или нет.
– Я бы сказала: наслаждайся остатками вечера, но на самом деле я тебе этого не желаю. Твое здоровье. – Я разворачиваюсь на каблуках и не успеваю отойти и на десять футов, как снова слышу его голос:
– Эй, погоди.
Я чувствую его руку на своем бицепсе.
Мне требуется все терпение, чтобы не вырвать ее из его хватки. Вместо этого я стискиваю зубы и спокойно поворачиваюсь, поднимая брови и опуская взгляд туда, где он меня касается.
– Да не, неохота ждать. И будь добр, убери от меня свои руки. Трах из жалости – не по мне.
– Да ладно тебе, – говорит он, оглядываясь через плечо на своих друзей, а затем снова на меня, как будто боится, что они его услышат. – То, что на карточке было настоящим… поначалу, но потом я наткнулся на тебя и…
– И увидел женщину, к которой никто бы не подкатил. А еще увидел во мне способ потешить свое эго, раня при этом мое. Типичный поступок мудака.
– Это была чертова игра.
– О, знаю. И это говорит о тебе гораздо больше, чем могло бы сказать обо мне. – Я смотрю на него. Стыд сменяется удивлением. Обида превращается в гнев. – Мне не нужны твои извинения. Они не принимаются. – Я отступаю на шаг. – Я бы сказала, было приятно познакомиться с тобой… Но это не так.
– Я бы не поцеловал тебя во второй раз, если бы слова на карточке были правдой, – выпаливает он.
– Я бы вообще тебя не поцеловала, если бы знала о карточке. – Я отступаю еще на шаг. – Теперь тебе лучше? Вина свалилась с плеч? Можешь возвращаться к образу хорошего парня, коим не являешься.
– Слушай, я же сказал, что мне жаль.
– А это тоже часть «действия»? Извиниться перед ничего не подозревающей девушкой, которая…
– Я даже не знаю твоего имени, – говорит он, как будто я ему его назову.
– Значит, мне повезло. – Я смотрю через его плечо туда, где его дружки пытаются притвориться, будто не обращают на меня внимания. – Твоя свора придурков ждет. Беги-ка к ним.
На этот раз, уходя, я не оглядываюсь. И даже если он идет за мной, я ничуть не сожалею, что не знаю этого.
Приятно осознавать, что сказанные мною ранее слова были правдой. Мужчины, черт возьми, того не стоят.
Ни черта не стоят.
А в тех редких случаях, когда это все же так… что ж, похоже, именно тогда они способны нанести наибольший ущерб.
– Скажи мне, почему ты решила переехать?
Я пристально смотрю на своего психолога. Ее светлые волосы и мягкие черты лица будто бы соответствуют нейтральному и не броскому убранству всего офиса. У нее мягкий голос и нежная улыбка. Эта женщина была моей путеводной звездой на протяжении всего пережитого. Единственный человек, который знает, что произошло.
Раньше наши встречи были еженедельными, а позже превратились в ежемесячные.
Затем мы начали видеться раз в несколько месяцев.
А теперь нам придется попрощаться, потому что я уезжаю.
Я улыбаюсь ей, вспоминая, как уже думала над ответом в течение всей прошлой недели, пока собирала нажитое.
– Если не сейчас, то когда? Наверное, я хочу больше времени проводить с отцом, пока его здоровье позволяет. Не хочется его разочаровывать. Возможно, меня заинтриговал новый виток в карьере. А может быть, все это одновременно повлияло.
Она терпеливо кивает, как бы говоря: «
– И, возможно, ты соглашаешься быть там только из-за долга. Та обстановка вполне может вызвать определенные триггеры.
– Подобная мысль приходила мне в голову. Наверное, чаще, чем следовало бы… Но, по правде говоря, может быть, именно это мне и нужно, чтобы преодолеть последнее препятствие. Думаю, пришло время вернуть мою былую жизнь обратно.
– Мне казалось, ты ее уже вернула.
Я киваю.
– В каком-то смысле. Но мне надоело жить в страхе. Вот и выдался шанс избавиться от него.
– В страхе? – размышляет психолог. – Я бы никогда не сказала, что ты жила в страхе. Я бы сказала, что ты выбрала жить в безопасности и покое. Мы много работали над прошлым и разбирали его. С тех пор ты даже заводила себе отношения. Любовников.
– И это мы тоже обсуждали. Все отношения были скверными.
– Это были маленькие шаги в нужном направлении, Камилла. Никому не позволено делать тебя несчастной, указывать как себя вести или как ощущать свое тело.
– Мои движения словно на автомате. Я холодная. Оцепеневшая. Стоит ли мне и дальше перечислять все причины, по которым меня бросали?
