И эта интуитивная реакция на воображаемую близость наших тел – стон, когда он кончает, ощущение его пальцев, сжимающих бедра, когда он входит в меня, – вот почему я должна была держаться подальше.
– Погоди-ка! – Риггс покачивается на ногах, сильно пьяный, и на его губах появляется медленная, кривая улыбка. – Камилла. Ками. Кэм. – Он с огромным трудом произносит мое имя, погружая меня в крепкие, медвежьи объятия.
Часть меня хочет его оттолкнуть, но когда я касаюсь крепкой груди Риггса, память возвращает меня ко всем причинам, почему я избегала встреч с этим парнем.
Я вспомнила его грудь, покрытую капельками пота. Его сильные руки и объятья. Свое имя, слетающее с его губ.
– Я думала, ты не пьешь во время сезона.
– Сегодня – день-исключение. Помнишь, я обмолвился об этом? – Он наклоняет голову и внимательно смотрит на меня.
– Ну да. Как я могла забыть? – бормочу я.
– Посмотрите, кто здесь! – кричит он всем, отстраняясь и все еще держа меня за плечи. Его стеклянные глаза полны обожания. – Это Камилла, которая не любит ваши долбанные карточные игры, плохишей и Джеймса Бонда, но обожает хорошие поцелуи, гонщиков и шампанское прямо из бутылки.
– Привет, Камилла! – кричит толпа в ответ, затем звучит громкий рев одобрения. Рев, который я все время слышала в своей квартире. Похоже, они так здороваются с новоприбывшими.
Я смущенно машу гостям.
– Пойдем, Гаечка, – говорит Риггс.
– Гаечка? – смеюсь я над своей кличкой.
Он энергично кивает.
– Ты так легко с катушек слетаешь, как гайка с болта. Особенно, когда злишься. И когда дело касается меня. Поэтому я официально нарекаю тебя Гаечкой… – Он улыбается и делает вид, что машет волшебной палочкой в мою сторону, явно гордясь выдуманным прозвищем.
– Ты мультиков пересмотрел.
– Виновен по всем пунктам. – Он поднимает руку. – Я не говорил тебе, что мне нравятся твои волосы? Погоди-ка. Не говорил, потому что ты все выходные избегала меня…
– Я просто давала тебе поработать. И сама тоже работала, – вру я, но приятно слышать, что среди всего этого гоночного хаоса он все же заметил изменения в моих волосах. Цвет стал немного светлее, а контуры лица более выразительными – благодаря первому этапу плана Изабеллы и Джии по преображению.
– Чепуха. Ты избегала меня, потому что пыталась убедить себя, что поцелуи со мной – полный отстой, хотя ты прекрасно знаешь, что они были самыми лучшими.
– Вот это у тебя самомнение по пьяни.
– Такое самомнение у меня всегда, детка. – Он небрежно берет мою руку и сжимает ее. – Этот день наконец-то настал, скажи?
– Какой еще день? – спрашиваю я, перекрикивая другие голоса.
– Когда ты нарисовала сердечки в календаре. Ты здесь и так рада меня видеть… Кажется, время сердечек пришло. Они розовые? Или голубые? Ох, погоди. Скорее всего, фирменного цвета «Моретти».
– Просто игнорируй его, – говорит Уилс. – Он пышет весельем, когда пьян. – И тут парень пристально вглядывается в меня. Его глаза распахиваются от удивления, когда он медленно осознает, кто я. – Черт возьми. Ты же…
– Моя, – говорит Риггс, подталкивая его игриво в грудь и вставая между нами. Он тяжело вздыхает, когда его взгляд останавливается на моих губах. – И снова здравствуй.
– Привет.
Он опускает руку мне на талию и ведет мимо толпы в укромное место, но потом и не думает убирать ее. Моя кожа начинает гореть от его прикосновения.
– Если бы я знал, что ты живешь рядом, то пригласил бы.
– Если бы ты пригласил меня, – говорю я, пытаясь игнорировать ускоряющийся ритм сердца, – я бы не пришла.
– А жаль, – бормочет он, и по тому, как раздуваются его ноздри, я могу поклясться, что то, о чем он говорит, относится не только к невинному приглашению на вечеринку.
– Разве не полезно иногда расслабиться? – Другой рукой он заправляет мне локон за ухо. – Очень освежает.
– Я учту это.
– Нет, не учтешь, – подмигивает он. – Ты всегда идешь по проторенной дорожке. А я – прямо в неизвестность. Попробуй так когда-нибудь. Адреналин будет ключом бить.
– Я предпочитаю твердо стоять на земле, спасибо.
– Пора мне доказать тебе обратное. – Он откидывает голову назад и смеется, как будто кто-то щелкнул переключателем его настроения. Не предупредив, Риггс запрыгивает на столик рядом, продолжая держать мою руку.
– Ты что…
– Можно минутку внимания? – кричит он, и когда никто не реагирует, Уилс громко свистит, заставляя всех замолчать и повернуться. – Спасибо.
– Давай, Риггс! – вопит кто-то из глубины квартиры.
– Вы уже познакомились с Камиллой, – говорит он, а затем, без моего ведома тянет меня за руку на стол. – А точнее сказать – с Гаечкой.
Не в восторге от такого неожиданного поворота, я встаю на стол и свирепо смотрю на Риггса, вместо того чтобы смотреть на публику.
– Итак, именно она придумала эту рубрику «ЯКИК», которую я веду у себя в аккаунте. – Звучат одобрительные возгласы. – Но будет справедливо, если мы поменяемся ролью сегодня вечером. Как насчет того, чтобы я задал вопрос, а вы, ребята, на него ответите, а?
