– В «Дети Кратоса» меня пригласила Тисса, – признал Ханг. – По ее словам, Галлахеры обещают золотые горы. Приглашают посетить замок «Детей Кратоса» или самим выбрать любое место встречи.
– Меня Тисса нашла в сети, – сказал Тобиас и издал смешок. – Персонаж-то в Бездне, а почта туда не доходит. Так что прислала письмо в реале. Текст такой же, как у Ханга. «Дети» заманивают высокой категорией гражданства, а Тисса обещает, что не обманут…
– Еще подруга намекнула, что если откажемся, у нас будут проблемы, – добавил здоровяк. – Я, честно говоря, уже сомневаюсь, подруга ли она нам. То к «амазонкам» сваливала, то во теперь к «детям». Угрожает еще! А… – он разочарованно махнул рукой. – Ничего нового, все, как и раньше.
Еще вчера мы с Тиссой вместе возвращались в Кали и строили совместные планы, а сегодня она снова нас предала? Прав Ханг, ничего нового. Я с недоумением подумал, что не почувствовал ничего, даже легкого укола, словно обрел иммунитет от предательств.
– А мне пока никто ничего не предложил, Алекс-кун, – с поклоном сообщил Томоши. – Но спешу заверить, что происки врагов клана не увенчаются успехом! Мы с Гиросом скорее уничтожим себя, чем совершим предательство.
– У этого парнишки точно все в порядке с головой? – донесся с другого конца гостиной голос Леонида.
Минут десять мы обсуждали то, что я рассказал – от злоключений в Стылом ущелье до того, как убогий номер превратился в королевский. Ханг дико ржал, живо представив, как Большой По прыгает в бассейн, но посерьезнел, когда я поведал о его болезни. Мое предложение вылечить Уэсли все поддержали, даже Томоши, который о Большом По только слышал, однако заранее его очень уважал.
– По вашему рассказу, Алекс-кун, – объяснял он, – видно, что Уэсли-сан большой человек.
– Очень большой, – согласился я. – Килограмм сто пятьдесят. Но мы сделаем его маленьким. Уменьшим примерно вдвое.
– Жаль, – расстроился Томоши. – У Уэсли-сан могла бы получиться прекрасная карьера в сумо, если бы он еще больше нарастил
– Хватит о Большом По… – задумчиво произнес Тобиас, мечтательно улыбаясь. – У меня есть тема поинтереснее. Алекс, тебе интересно, как я провел лето в Бездне?
– Что? Тебя же сразу должны были вытащить?! Ханг, ты куда смотрел?
– А мы вытащили, – обиделся здоровяк. – Только он обругал нас и полез назад в капсулу. И запретил вытаскивать раньше, чем к обеду.
– Полез, да, – подтвердил Тобиас. – Потому что в Бездне все изменилось… Ну, то есть не все, а кое-кто.
– Девятка, – сказал я.
– Да, Девятка. Пока меня не было, другой Утес как-то с ней сдружился. Ты не поверишь, Алекс, но она меня даже ни разу не убила! Я просто тусил в ее замке, иногда она брала меня с собой, чтобы подтянуть по уровням… Парни… – Тобиас глупо улыбнулся. – Кажется, я влюбился. Зря вы меня вытащили.
– Он провел там пять часов! – прорычал Ханг. – Пять!
– Три с небольшим месяца, – посчитал я в уме. – Тоби, ты серьезно? Она же психопатка!
– Нет! – озлобился Тобиас. – Не говори так про Джун, ты ее не знаешь! Да, она пытала и тебя, и меня, но это для нашего же блага!
Он надулся. Для Ханга с Томоши его поведение, по всей вероятности, сюрпризом не стало, а вот я изумился. Да что с ним произошло? Неужели на самом деле влюбился? Или это тот самый стокгольмский синдром?
Ханг незаметно для Тобиаса пнул меня и показал неприличный жест. На что он намекает? И тут до меня дошло, я невольно улыбнулся, а Ханг заржал.
– Не смешно! – продолжал яриться Тобиас, едва не подавившись бутербродом. – Хорош! Чего ржете?
Похоже, дошло и до Томоши. Он поклонился влюбленному и бесхитростно выдал:
– Тобиас-кун, примите мои поздравления! Сожалею, что не сделал этого раньше. Простите мою недогадливость. Первая любовь – это… – Томоши почмокал губами и закатил глаза.
– Надеюсь, она не отрезала тебе голову сразу после, – пробормотал я. – Ладно, закрыли тему. Ты, Тоби, главное успокой меня и скажи, что не собираешься оставаться в Бездне.
– Не собираюсь, – огрызнулся он. – Поживу там годик-другой, в реале пройдет пара дней. А насчет Джун ты, Алекс, ошибаешься. Вообще, мне кажется, ты совсем ее не знаешь. Она добрая! Доказать?
– Ну… докажи. Как ты это сделаешь?
– Легко! – Глаза Тобиаса разгорелись, щеки заалели. – Кусаларикс жива! Скажите спасибо Джун за милосердие!
– Что?! – воскликнули мы одновременно с Хангом.
Томоши на всякий случай поклонился и попытался выяснить:
– Как такое могло случиться, Тобиас-кун? Неужели пророчество Урсайского оракула оказалось правдивым? Госпожа Кусаларикс в Бездне?
– Как ее туда занесло? – спросил я.
Тобиас, довольный тем, что ему удалось сменить тему, гордо рассказал нам о том, как Нергал Лучезарный не дал гоблинше посвятить храм Спящим – за мгновения до этого перенес его в Бездну. Тоби не представлял, как это удалось Новому богу, зато точно знал, что Кусаларикс погибла бы, если бы ее не спасла Девятка.
– К сожалению, – сказал он, – гоблинша повела себя крайне неразумно и агрессивно. Джун пришлось ее успокоить, отправив в
