Отчего снега голубые?Наша кровь на тебе, Россия!Белой ризой — на сброд и сор.Нашей честью — на твой позорОпадаем — светлейший прах.Что ж, тепло ль тебе в матерях?
1981
<p>«Ненавистная моя родина!..»</p>Ненавистная моя родина!Нет постыдней твоих ночей.Как тебе везло На юродивых,На холопов и палачей!Как плодила ты верноподданных,Как усердна была, губяТех — некупленных и непроданных,Осужденных любить тебя!Нет вины на твоих испуганных —Что ж молчат твои соловьи?Отчего на крестах поруганныхЗастывают слезы твои?Как мне снятся твои распятые!Как мне скоро по их путиЗа тебя — родную, проклятую —На такую же смерть идти!Самой страшной твоей дорогою —Гранью ненависти и любви —Опозоренная, убогая,Мать-и-мачеха, благослови!<p>«Господи, что я скажу, что не сказано прежде?..»</p>Господи, что я скажу, что не сказано прежде?Вот я под ветром Твоим в небеленой одежде —Между дыханьем Твоим и кромешной чумой —Господи мой!Что я скажу на допросе Твоем, если велено мнеНе умолчать, но лицом повернуться к стране —В смертных потеках, и в клочьях, и глухонемой —Господи мой!Как Ты решишься судить,По какому суду?Что мне ответишь, когда я прорвусь и приду —Стану, к стеклянной стене прижимаясь плечом,И погляжу,Но Тебя не спрошу ни о чем.<p>II</p><p>«Круто сыплются звезды, и холод в небесных селеньях…»</p>Круто сыплются звезды, и холод в небесныхселеньях.Этот месяц на взмахе — держись, не ослабя руки!Закрываешь глаза — и за гранью усталого зреньяКонькобежец, как циркуль, размеренно чертиткруги.В черно-белой гравюре зимы исчезают оттенки,Громыхает глаголом суровое нищенство фраз.Пять шагов до окна и четыре от стенки до стенки,Да нелепо моргает в железо оправленный глаз.Монотонная хитрость допроса волочится мимо,Молодой конвоир по-солдатски бесхитростно груб…О, какое спокойствие — молча брести через зиму,Даже «нет» не спуская с обметанных треснувшихгуб!Снежный маятник стерся: какая по счету неделя?Лишь темнее глаза над строкою да лоб горячей.Через жар и озноб — я дойду, я дойду до апреля!Я уже на дороге. И Божья рука на плече.
