— Сейчас будет больно, — ответил я, стараясь приподняться на четвереньки и сесть возле Вики. Каждое движение всё ещё отдавалось тупой болью во всём теле, но хотя бы не той пронзительной агонией, что была сразу после боя.
— Куда уж больнее, — фыркнула та, но её напряжённый голос выдавал, что она прекрасно понимает, что предстоит, и готовится к новой волне боли.
Достав из инвентаря резиновую дубинку, которая так до сих пор там и болталась с самого начала этого безумного приключения, я дал Вике… вернее, поднёс её прям к её губам и сказал:
— Прикуси.
— Да ты издеваешься, — прорычала она, но тем не менее зажала крепко зубами резиновую рукоять. Её глаза не отрывались от моих, в них читалась смесь страха, решимости и какой-то безысходности.
Я же одним плавным, но быстрым движением выровнял её выгнутую неестественно ногу так, чтобы она стала ровной. Раздался мерзкий хруст, от которого у меня самого желудок подскочил к горлу.
Сдавленный и приглушённый крик Вики, больше похожий на животный вой, был свидетельством того, что ей всё же было крайне больно. Её тело изогнулось дугой, пальцы конвульсивно вцепились в мою руку с такой силой, что наверняка останутся синяки. На мгновение она, кажется, потеряла сознание, но почти сразу же пришла в себя.
Выплюнув дубинку, она прошипела:
— Изверг!
Её лицо было бледным, как мел, а на лбу выступили крупные капли пота. Тем не менее, в глазах появился какой-то лихорадочный блеск.
Я же дал ей очередное энергоядро, и та стала его поглощать, с видимым усилием сконцентрировавшись на процессе. Оно растворилось быстрее предыдущих, словно её организм жадно впитывал энергию, направляя её на восстановление.
— Это было обязательно? — прорычала она, когда снова смогла говорить, кивнув на свою ногу. Её голос звучал увереннее, хотя всё ещё был пропитан болью.
— Ты же сказала, что полосы заполнились на максимум. Значит, уже следующее энергоядро тебя бы начало восстанавливать, — ответил я, внимательно наблюдая за её ногой. Кость уже не торчала наружу, рана затягивалась на глазах — поразительная регенерация. — А представь, если кости срастутся в том положении, в каком была нога, и будешь бегать коленками назад.
Та изобразила кривую улыбку, которая больше походила на гримасу. Но при этом посмотрела мне в глаза и тихо сказала:
— Спасибо.
Было что-то такое в её взгляде, от чего мне стало не по себе. Какая-то новая глубина, словно за время этого жуткого испытания она увидела или поняла что-то, чего не понимала раньше.
— Чудеса какие-то, — лишь ответил на это я, доставая ещё два энергоядра: одно ей, а одно себе.
Вокруг нас комната постепенно обретала чёткость. Сквозь выбитые окна проникал свет, окрашивая всё в тревожные оранжево-красные тона. Тела Егора и Валентина лежали неподвижно — я заставил себя не смотреть на них. Потом, всё потом. Сейчас главное — восстановиться самим и оценить ситуацию.
Вика проследила за моим взглядом и тихо спросила:
— Они…?
Я молча кивнул, не в силах произнести это вслух. Что-то сжалось в груди — не боль от ран, а что-то глубже, тяжелее. Мы знали их всего несколько дней, но в этом новом мире даже такое короткое знакомство значило больше, чем годы дружбы в прошлой жизни.
— Я никогда такого не видела. Он двигался так быстро, что я даже не успела пистолет поднять.
— Да, — согласился я, помогая ей принять сидячее положение. — Это было за гранью возможного.
— Смотрел, что в синем? — спросила Вика. В её голосе звучало любопытство.
— Нет, знаешь, был занят немножко другими делами, — огрызнулся я, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. Адреналин всё ещё гулял по венам, заставляя руки слегка подрагивать.
Я взглянул на растворившееся тело. Она права — такая тварь могла содержать кристаллы. В нашем положении игнорировать потенциальную выгоду было бы глупо.
— Ну так посмотри, — кивнула Вика в сторону того, что осталось после синего.
Я сделал неуверенный шаг в его сторону и склонился над полупрозрачным телом. Погрузив руку в тело, я сжал пальцы и вытащил находку. В руке появился довольно большой синий кристалл, пульсирующий внутренним светом. Он был тёплым на ощупь и, казалось, вибрировал в такт с моим сердцебиением. Рун на нем небыло, значит способности он никакие не открывал. Просто кристалл усиления.
Я встал и показал кристалл Вике. Она окинула взглядом находку. Её глаза слегка округлились от удивления, но она быстро справилась с эмоциями.
— Редкий экземпляр, — прошептала она. И тут же, в свойственном ей язвительном тоне добавила:
— И чего смотришь? Поглощай давай. Тебе побыстрее бы на следующий уровень перескочить.
Я посмотрел на кристалл, переливающийся в моей ладони оттенками синего и, кивнув, сжал его в руке. Тут же почувствовал, как энергия с него разливается по телу — горячими волнами, от кончиков пальцев до макушки. Кристалл в моей ладони начал таять, превращаясь в светящуюся голубую дымку, которая впитывалась в кожу.
Ощущение было одновременно болезненным и приятным — словно каждая клетка тела наполнялась силой.
