В поисках друзей из списка...
Мы разместились между домом и гаражом так, чтобы нас не было заметно с окрестных улиц. Старый кирпичный гараж с проваленной крышей служил неплохим укрытием — его стены, покрытые мхом и граффити времён до Прихода, скрывали нас от посторонних глаз. С моего места открывался вид на перекрёсток двух улиц, заваленных мусором и брошенными автомобилями. Ни движения, ни звуков — только ветер гонял пожелтевшие страницы какого-то журнала по разбитому асфальту.
Я прислонился спиной к холодной стене, давая отдых перегруженным мышцам. Последние сутки выдались адски тяжёлыми — бесконечный бег, перестрелки, смерти. Слишком много смертей. Вика сидела рядом, прикрыв глаза, но я знал, что она не спит — просто собирается с силами. Её лицо выглядело осунувшимся, под глазами залегли тёмные круги. Она не жаловалась, но я видел, как её руки слегка подрагивают от усталости.
Прикидывая, куда нам идти дальше, я невольно вспоминал события последних часов. Всё-таки наши попутчики, Егор и Валентин, погибли, но вместе с ними и информация о том, где найти этого «шустрика», кануло в лету. Егор успел что-то сказать кочевники могут знать в каком направлении тот скрылся. А теперь и расспросить некого.
— Помнишь, — сказал я, — Егор упоминал что-то про северный квартал, когда говорил про того парня из списка?
Вика неуверенно кивнула:
— Возможно, — пробормотала она. — Мы можем пойти в том направлении.
Я пожал плечами.
— У тебя есть идеи получше?
Вика покачала головой, а затем внезапно замерла, прислушиваясь. Я тоже уловил странный звук — как будто тихое гудение, вибрация.
— Что за?.. — начал я, но Вика предостерегающе подняла руку.
Всё это время полоска опыта стремительно мигала и ползла — она мерцала на краю зрения довольно быстро заполняясь. До её завершения оставалось буквально немного.
И тут всё как обрезало. Вибрация прекратилась, мигание остановилось вместе с её ростом. Наступила странная, звенящая тишина.
— Всё, по всей видимости, червоточина схлопнулась, — сказал я.
— Почему так решил? — Вика подняла бровь.
— А зомбаки походу перестали вываливаться, — ответил я, кивая в сторону откуда мы прыгнули. — Опыт перестал капать.
— Ну что, каков наш план действий? — спросила она, посмотрев на меня.
— Ну, у меня всё, как и планировал — найти ребят из списка. Тех, кто остался жив, — ответил я, проверяя патроны в магазине. — А у тебя?
Вика пожала плечами, её взгляд стал задумчивым.
— И у меня по-прежнему… Пока буду с тобой. Хоть выживать получается, — она слегка улыбнулась с искоркой в глазах. — Да и адекватный ты, в общем-то.
— Вот спасибо на добром слове, — хмыкнул я, но в глубине души был рад её решению. За это время я привык к ней — к её манере говорить, к тому, как она прикрывает мою спину в бою, к её сдержанной улыбке, когда удаётся найти что-то ценное. В этом хаотичном, разрушенном мире надёжный напарник ценился на вес золота.
Я поднялся на ноги, отряхивая пыль с брюк. Солнце перевалило небосвод и уже клонилось в сторону заката, окрашивая разрушенный город в оранжево-красные тона. На ночь выдвигаться опасно — слишком много тварей, которые активизируются в темноте.
— Переночуем здесь, — сказал я, кивая на гараж. — Внутри должно быть достаточно безопасно, если забаррикадировать вход. А на рассвете двинемся в северном направлении.
Вика кивнула, поднимаясь вслед за мной.
— Устроим вахты? — спросила она, забрасывая рюкзак на плечо.
— Конечно. Я первый, ты вторая, — ответил я, оглядывая окрестности в последний раз.
Город был тих, но я знал — это обманчивое спокойствие. Системе нельзя доверять, она всегда готовит что-то новое, какую-то подлость. Но сегодня, по крайней мере, мы были живы. И завтра, возможно, найдём ответы на некоторые вопросы.
— Надеюсь, завтра повезёт больше, — тихо сказала Вика, словно прочитав мои мысли.
— Должно повезти, — ответил я с уверенностью, которой на самом деле не чувствовал. — Если нет — придумаем что-нибудь ещё. Всегда придумываем.
Утром я проснулся с абсолютной пустотой в голове. Нет, у меня не отшибло память снова — я все помнил. И именно это было проблемой. Переход из червоточины в наш мир снова сыграл злую шутку, словно кто-то включил проектор в темной комнате моего сознания и высветил кадры, которые перевернуло всё с ног на голову.
Я вспомнил ещё кое-что. И теперь это кое-что не давало мне покоя, жгло изнутри, как раскаленный металл. Что делать? Как быть дальше? Куда идти? И самое главное — имеет ли в этом вообще смысл? Эти несколько вопросов крутились вокруг меня хороводом, словно стая голодных воронов, и я не мог ответить ни на один. Каждая попытка размышлений разбивалась о стену неопределенности.
Солнце уже поднималось над горизонтом, окрашивая разрушенные здания в золотистые тона, но я видел это как через мутное стекло. Вокруг меня был тот же мир — обломки цивилизации, заросли бурьяна, пробивающегося сквозь трещины в асфальте, ржавые остовы автомобилей. А внутри… внутри словно что-то надломилось.
