— Тут как раз всё понятно, импульсник применял другую полярность. Но что касается «побочного эффекта», то тут есть нестыковочка — нет нужного сплава, с которым бы взаимодействовал импульсник.
— Хм, а ты уверен, что такой эффект даёт только этот сплав? — засомневался Саня. — Есть ведь куча разных вариантов.
— Я, как учёный, могу только констатировать факты или делать предположения. Утверждать что-либо на сто процентов не могу. Но факт в том, что я перепробовал много всего, но только этот состав пластины давал временной скачок.
— Подожди, я что-то потерял суть обсуждения.
— Пробовал пива с утра не пить? — фыркнул Вадим.
— Пробовал, ещё хуже становится. К тому же уже день. Так ты хочешь сказать, что там, на перевале, импульсники с чем-то вошли во взаимодействие, что и привело к скачку во времени?
— Хм, похоже пиво на тебя действительно благотворно влияет, — улыбнулся Вадим, тем самым подтверждая вывод Сани.
— А с чем?
— Понятия не имею, — пожал плечами Вадим, — но хочу это выяснить. И попрошу тебя мне помочь, ну и Максима, естественно.
— Всегда пожалуйста, только чем я могу тебе помочь? В физике, как ты знаешь, от меня толку мало.
— Причём здесь физика, с этим я и сам справлюсь. Я хочу смотаться туда, в горы. Ну, типа экспедиции. Не самому же мне ехать? Посторонних подключать нельзя, остаёшься ты да Максим, который покажет место обстрела.
— А-а-а, теперь понятно. Не вопрос, мне всё равно ещё неделю здесь куковать, пока мои вернутся, так что я «за». А Максима выпустят? — спохватился Саня. — Или придётся его, так сказать, изымать из больницы?
— Выпустят, — отмахнулся Вадим, — куда они денутся. Оформлю над ним опеку, выделю комнату временно, а потом что-то придумаем с жильем и с работой.
Сане стало немного стыдно, что заботу о его правнуке приходится брать на себя Вадиму, у которого семья, лекции, работа, научные конференции разные… Только вот некуда ему приводить родственника. Небольшая комната в пилотской гостинице — вот и всё, чем он располагает. Плюс постоянные полёты, иногда по полгода не бывает дома. А о парне придётся заботиться. Максим, конечно, не ребёнок, но в нашем времени он будет как дитя. С бытовыми приборами, транспортом и прочими прибамбасами нынешнего времени разобраться не трудно, но вот найти ему работу… Да, проблема. Придётся ему сидеть на пособии, а это значит едва сводить концы с концами. «Нет, Вадим прав, у него пока парню будет лучше, да и зарплата у профессора повыше моей будет. А там я что-то придумаю, попрошу комнату двойную или свою куплю в кредит», — мысленно успокоил свою совесть Александр, возвращаясь к разговору об экспедиции.
— Когда вылетаем?
— Дня два надо на подготовку. Сможешь взять это на себя, а то у меня опыта в таких делах вообще нет? А я оборудование подберу и с Максимом всё улажу. Да, кстати, для него ещё одежду надо купить.
— Договорились, — кивнул Саня. — Ну что, разбежались? Созвонимся, если что. Я вообще-то планировал заскочить сегодня к Максиму, мне рассказать ему про экспедицию или ты сам?
— Скажи, почему нет. У него опыт ходить по горам, пусть тебе поможет со снаряжением, — Вадим уже собрался встать из-за стола, но задержался. — Знаешь, я вот всё чаще и чаще думаю о том, почему именно Максим попал к нам. Именно твой Максим? — он сделал ударение на слове «твой».
Саня нахмурился, потом скривился, вздохнул и выдавил:
— Ндааа, Алька была права.
— А точнее? В чём именно?
— Она ещё тогда, в прошлом, выдвинула теорию, что моё вмешательство природа Земли не приемлет и всячески выдавливает. Как наша кожа затягивает раны, выводя вредные попадания через кровь или гной.
От этих слов Вадим брезгливо скривился, но Саня продолжал.
— Алька сказала, что так как Александры не должно было быть в том времени, соответственно, не должно быть и её потомства. Если присутствие девочки Саши не внесло особых изменений в ход истории, то её потомство уже угрожало временному ходу, так как вмешательство расширялось с геометрической прогрессией. Чтобы это исключить — пропал Максим, а затем и погибла Настя. Всё — волна возмущения затихла.
— Не научно, но впечатляет. Остановимся пока на этой версии.
На этом они и расстались.
Два дня пролетели, как один миг. Максим с энтузиазмом воспринял своё скорое освобождение из больницы и поездку на Алтай. Кажется, он в душе всё ещё надеялся, что над ним подшучивали и что ни в какое будущее он не попадал. Что вот сейчас выйдет из больницы и окажется в знакомом ему мире.
На просьбу Александра помочь со списком снаряжения, необходимого для проживания трёх человек в горах, в течение пяти дней, парень с ходу начал называть нужные предметы. Тут началось самое смешное, ибо Саня не знал, что тот имеет в виду. Слова: котелок, тренога, Х-спальник, пищбрикеты — ничего ему не говорили. Пришлось называть вещи просто по функциям: то, в чём варить еду, на чём спать, что есть и тому подобное. Дело сразу пошло быстрей.
