Шериллу было лет тридцать пять. Некогда заядлый спортсмен, теперь он немного раздобрел от безделья и злоупотребления виски. Дважды сломанный нос боксера. Прожилки лопнувших вен на щеках. Сильно поредевшая некогда буйная шевелюра.
— Примерно пятьдесят пять тысяч миль. Давайте я вам открою дверь, посмотрите сами.
Шерилл обошел машину, рукой в перчатке смахнул с ветрового стекла снег и начал возиться с замком дверцы. Мартин посмотрел мимо Майка в сторону витрины автосалона. В ней на мгновение появился второй продавец. Бросил взгляд на падающий снег и тут же отвернулся.
— Прошу вас. — Шерилл открыл дверцу.
Мартин решил, что момент самый что ни на есть подходящий. Лучше не будет. Майк распахнул дверцу, и Билл отступил в сторону.
Как только Шерилл подался назад, Мартин шагнул к нему и, положив одну руку ему на спину, второй нанес удар, снизу вверх — так обычно бьют в солнечное сплетение. Нож вонзился Шериллу чуть ниже грудины и вошел прямо в сердце.
Майк охнул, покачнулся и начал медленно оседать на землю. Его глаза были широко открыты и обращены на Мартина. Тот опустил падающее тело на сиденье, затолкнув его внутрь головой вниз, затем схватил умирающего за ноги и тоже затолкал их в салон. Голова Шерилла болталась под рулем, а ноги лежали на переднем сиденье. Глаза помутнели. Он пытался что-то сказать, но на губах появился лишь кровавый пузырь.
— Спасибо, — произнес Мартин.
И, захлопнув дверцу, зашагал прочь. За стеклом витрины автосалона не было никого, кто мог бы его увидеть.
Баттерс дождался, когда мужчина в белой рубашке займется новым покупателем, а женщина освободится. Сжимая в кармане пистолет с глушителем, он вошел внутрь. В дальней части магазина, возле двери складского помещения, был выставлен целый ряд включенных телевизоров. Ансель направился прямо к ним. Элейн Купичек последовала за ним. «Для жены копа она слишком красивая», — подумал Баттерс.
— Вам чем-то помочь? — спросила Элейн.
У нее были полные губы и длинные худые руки с короткими ногтями.
— Знаете, у меня в Сент-Поле есть свой бар.
— Понятно.
— Если я проведу кабельное телевидение, смогу ли я играть в разные игры, даже если каналы будут отключены?
— Конечно. Вы сможете играть в любые игры.
Продавец в белой рубашке повел покупателя к отделу компьютеров, разговаривая с ним о программном обеспечении.
— У нас есть брошюра, в которой рассказывается…
Баттерс посмотрел на Элейн Купичек, затем прижал пальцы левой руки к губам. Женщина растерянно оборвала фразу на полуслове, а в следующий миг Ансель наставил на нее пистолет.
— Если только пикнешь, я выстрелю. Обещаю.
— Что?…
— Отойди вот туда. Это ограбление.
Баттерс подтолкнул Элейн к двери. Она послушно шагнула назад, взялась за дверную ручку и открыла рот, чтобы что-то сказать.
— Тихо! Только не надо шуметь! — велел ей Ансель.
Женщина вошла внутрь, ища взглядом продавца в белой рубашке, но Баттерс быстро втолкнул ее в глубь помещения и закрыл за собой дверь.
— Не надо! — взмолилась она.
— Я ничего тебе не сделаю. Я хочу, чтобы ты села и повернулась вон туда.
Миссис Купичек обернулась и посмотрела на стул рядом со столом, за которым обычно работал техник. Там валялся коричневый, с жирными пятнами бумажный сверток. Ее сверток, в котором лежали сэндвич с болонской колбасой и апельсин. Женщина шагнула к столу:
— Прошу вас, не надо!
— Не буду, — пообещал Ансель с певучими интонациями южанина.
Элейн Купичек повернулась к стулу, а в следующую секунду Баттерс одним ловким, заученным движением выхватил из кобуры пистолет и, прижав дуло к ее затылку, выстрелил.
Жертва покачнулась вперед и упала. Баттерс повернулся вполоборота и прислушался. Выстрел прозвучал не громче хлопка в ладоши. Может, в ином помещении он и привлек бы внимание. Но дверь была закрыта, а рядом никого не наблюдалось.
Подождав пару секунд, Баттерс шагнул к двери. Элейн Купичек замертво упала на пол и больше не двигалась. Ансель сунул пистолет обратно в кобуру, а маломерку-«даймондбэк» — в карман.
Когда он открыл дверь, продавец в белой рубашке все еще разговаривал с покупателем. Баттерс непринужденно вышел, держа руки в карманах, посмотрел по сторонам и зашагал налево.
Лашез под падающим снегом перешел через дорогу и приблизился к двери дома. В правой руке он держал «бульдог» и потому нажал на звонок левой. Дик сделал шаг назад, и в лицо ему порывом ветра бросило пригоршню снега, а в следующую секунду дверь открылась. Позднее Лашез решил, что виноват был снег, попавший ему в глаза.
На пороге стояла женщина. Некрасивая женщина, которая с улыбкой спросила:
— Слушаю вас?
— Миссис Кэпслок?
— Да.
Дик уже вытащил оружие, когда из-за плеча хозяйки дома выглянул Дел. Вот это облом. Дел оттолкнул жену в сторону и что-то крикнул. Пистолет Лашеза выстрелил. Дел Кэпслок тоже вскинул руку. В ней оказался пистолет, зрачок которого уставился на Лашеза. Тот метнулся назад и захлопнул дверь. Дел нажал на спуск.
