Я — чисто из любопытства — решила копнуть этот вопрос поглубже и с удивлением узнала, что пропустила, закопавшись в решение сугубо технических проблем, весьма серьезные изменения, произошедшие в стране. Оказывается, еще в октябре из-за «срыва плановых заданий по освоению новых посевных площадей, обусловленных недостатком трудовых ресурсов» сразу пять областей Казахстана были переданы в РСФСР. Понятно, что исключительно из-за нехватки трудовых: одновременно с этим первому секретарю республики товарищу Жумабаю Шаяхметову было присвоено звание Героя Социалистического труда «за достижение высочайших результатов в деле освоения новых сельскохозяйственных угодий». Я, испытав по этому поводу глубочайший когнитивный диссонанс, за разъяснениями сунулась в Тимирязевку: уж там-то точно знали, как можно «сорвать планы» и одновременно стать героем Соцтруда за их перевыполнение.
Оказалось — легко. Этот самый Жумабай — человек очень умный и деятельный — буквально за два с половиной года вдвое увеличил поголовье крупного и очень рогатого скота в республике, так что с мясом в СССР стало заметно лучше. И по своим, сугубо республиканским планам он наметил поголовье еще раза в три увеличить за пятилетку, причем специалисты считали планы совершенно реалистичными.
Еще я узнала, что осенью пятьдесят третьего отменили постановление об отмене программы создания лесозащитных полос и ее даже увеличили вдвое, добавив к программе весь Северный Казахстан. И была принята программа именно по освоению этой самой казахстанской целины, просто без особого шума и все же «на научной основе», предварительно степь для освоения все же подготовив. Но товарищ Шаяхметов в «сталинское преобразование природы», похоже, верил не очень, и не то чтобы саботировал, а просто внимания должного не обращал на создание защитных лесополос в северных областях — а там саботажников и просто очковтирателей нашлось немало. Но сам товарищ сделал все же много полезного, и чтобы на него не вешать «неизбежные репрессии среди национальных кадров», было принято решение проведение этих самых репрессий передать в Россию, причем вместе с этими областями…
Ну и лесополосы все же насадить там совершенно ударными темпами, настолько ударными, что даже рассаду желтой акации и смородины этой зимой стали в Ленкорани и Нахичевани срочно выращивать, а осенью эту самую акацию чуть ли не по всей стране с улиц и из парков выкапывали и отправляли в Уральск и Актюбинск, в Петропавловск и Павлодар. А вдоль Ишима и Иртыша срочно стали строить огромные лесные питомники, и весь планируемый выпуск двух лесотехнических институтов заранее распределили по этим питомникам…
То есть перспективы сельского хозяйства выглядели довольно радужно, а вот в других отраслях… тоже неплохо. И я к этим перспективам ведь тоже руку приложила! То есть в основном все же язык, хотя и руки все же немного использовала.
Руками я нарисовала парням из студенческого КБ МАИ, организованного товарищем Мясищевым, виденный мною когда-то (по интернету) двухвостый сельхозсамолетик-полутораплан с кабиной над мотором. И предложила им такой сделать, причем исключительно для собственного удовольствия (то есть бесплатно), правда пообещав им работу обеспечить всеми материалами, им самим — допуск на опытный завод МВТУ и протолкнув работы через НТО уже как курсовые и даже дипломные. И они самолетик сделали — а Минсельхоз, его посмотрев, сразу заказал таких полтысячи. Но одно дело — слепить из… из подручных материалов одну машину и совсем другое — произвести большую серию. А так как самолет вообще был слеплен из стеклопластика в основном, то ни один существующий авиазавод для его производства просто не годился, поскольку оборудование требовалось весьма специфическое — и ведь товарищ Мясищев как-то продавил в верхах идею строительства нового авиазавода! Но он после запуска в производство своего М-4 был у руководства страны в большом авторитете, а расходы на новый заводик были все же исключительно скромными…
А нескромными были расходы на постройку нового завода в Благовещенске, то есть в моем «родном» городе, который строился как филиал уфимского и на котором должны были делаться моторы для этого самолетика. Двигателисты из МАИ сделали, взяв в качестве образца четырехцилиндровый «Лайкоминг», мотор уже шестицилиндровый мощностью в двести сорок сил, работающий на обычном автомобильном бензине. Не совсем обычном все же, на девяносто втором — но такой бензин тоже уже массово выпускался, в Капотне, в Кстово и вроде еще на каком-то заводе на Юге. Просто я в «керосинке» (правда уже непосредственно через НТО) поставила перед тамошними аспирантами «задачу» попробовать для гидрокрекинга катализатор на основе платины с рением. Они попробовали, где надо попробовали и кроме дипломов кандидатов наук еще и два ордена Ленина получили на двоих… В общем, язык мой «ввел страну в крупные непредвиденные расходы», но подрастающая молодежь каждую вложенную в них копеечку многажды окупила почти сразу.
