— Справишься самостоятельно?
— Спасибо, сестренка. Сделай тогда без меня. Что-то устал немного.
От всего случившегося меня довольно сильно шатало. Похоже, действительно пошел вразнос. Ноги дрожали, а голова просто плыла. Но я все же подошел к телу и, положив ладонь поверх одеяла, сосредоточившись, произнес:
— Прости, бабушка, что смог помочь только так. Пусть Сила поведет тебя дальше и убережет от плохих поступков.
Затем, выдавив из себя немного Света, окутал им кровать. Благословение на добрую дорогу сейчас тоже не помешает. Хотя мне в результате стало только хуже. Даже не с первого раза получилось убрать крылья.
Кое-как вытащив свою тушку во двор, понял — далеко не уйду. Только вот зачем? Опасности уже нет, значит, можно и тут отдохнуть. Однако сначала… да, одно из строений оказалось туалетом. Причем вполне пристойным. Даже было за что подержаться. И, кстати, захотелось не из-за испуга, нет-нет. Ведь после сражения не считается, так? Впрочем, выйдя обратно, я окончательно осознал, что переоценил свои силы и, с трудом шагнув к стене дома, практически сполз по ней, едва успев прислониться спиной. Ощущая непонятную нехватку воздуха, на последнем усилии убрал в пространственный карман маску. Подумав, отправил туда и наруч, а то рука что-то тоже занемела. Может, немного перетянул ремешки, когда одевал утром? Стало чуть легче. После чего, уткнувшись лицом в коленки, просто отключился, напоследок пробормотав:
— Сати, на тебе защита нашего те…
Рано или поздно любое путешествие…(2)
— Внученька, ну чего ты так разлеглась на земле, ведь простудишься. Пошли в дом, я уже воды согрела, надо же помыться с дороги.
Откуда этот странный голос, пробивающийся сквозь мутную болезненную пелену и окутывающий сознание ласковым теплом? И руки обхватившие плечи в попытке приподнять тело? Такие нежные прикосновения. Какой приятный сон. Кстати, молчать невежливо.
— Хорошо, бабушка.
Да, так правильно. Хотя ноги едва держат, но мне не дают упасть, обнимая и ведя за собой.
— Сейчас снимем эту тряпку с шеи, она тебе больше не нужна.
— Хорошо, бабушка.
Как приятно произносить. Пускай всего лишь во сне. Жаль, что вскоре он исчезнет. Подольше бы продержаться в этой полудреме.
— Ну вот, внученька, давай залезай в воду.
Широкая бадья посреди небольшой комнаты, освещенной расставленными на полках свечками. Теплый парок. Только вот ноги никак приподнять не получается, слабость не дает.
— Ох, совсем я старая стала, не подумала. Сейчас. А ты такая легкая. И исхудала-то как сильно. Ничего, я уже печь затопила, и покушать приготовила.
Что это? Даже на руки взяли? Сильная мне бабушка привиделась. И запах действительно вкусный плывет. Каша. С овощами и… грибами, точно. Эх, ну почему это сон!
— Ай!
— Прости, внученька, горячо? Сейчас холодной водицей разбавлю.
— Не надо, ба…бушка…
И я… окончательно проснулся. Сидя в бадье! С горячей водой! А запах каши был самый настоящий! Рядом же стояла та женщина и, прищурив глаза, с умилением на меня смотрела. При этом ощущалась она как-то странно. Даже не смог подобрать определение. Но вот эмоции… там творилось такое, что я невероятно давно не чувствовал. Еще с прошлой жизни в замке, в котором так себя вели горничные Даниэля. Желание обнять и затискать, разбавленное сожалением, что это надо отложить на потом. После мытья и еды. Причем кормление с ложечки рассматривалось в приоритете.
Шок? Это слабо сказано. Очень слабо! Несмотря на осознание реальности происходящего, все мысли, что могли хоть как-то застрять в моей голове, улетели, махая розовыми крылышками.
— Давай, внученька, приподнимись, я тебя полью из ковшика…
