Да, честно и открыто признаюсь, но сидя за столом, чистый, одетый (внимание!) в штаны и платье, сжимая ложку в руке и смотря на большую ароматную горку, я не удержался и… всхлипнул. Вытирая внезапно заслезившиеся глаза тыльной стороной ладони. И ничего не мог с собой поделать.
— Внученька, что с тобой?!
— Ничего, бабушка, я просто счастлива. С-столько месяцев прошло, когда я так ела…
Правда, с учетом того, что мы все это время разговаривали на пятом уровне, строгом к интонации и произношению, у меня из-за судорожного вздоха вместо «столько месяцев» получилось «несколько столетий», но сидящая напротив женщина, похоже, все поняла правильно. После чего ласково погладив по голове и, сама заблестев влагой в глазах, сказала:
— Теперь все будет хорошо. А сейчас, давай кушай!
Надо ли упоминать, что ей пришлось докладывать в миску, пока в меня просто не перестало влезать?
Ну а затем я… лег спать. И неважно, что ночь на самом деле подходила к концу, что матрас и подушка были набиты только что сорванной во дворе травой, а одеяло несло в себе такой же запах очень долгого хранения (но, похоже, его она не споласкивала). Самая настоящая кровать, стоявшая в соседней комнате и ощущение того, что лежишь в постели, а не на голой земле, перебивало все эти мизерные недостатки, недостойные внимания.
— Спокойной ночи, бабушка.
— Спокойной ночи, внученька.
И… да! Пусть неуверенно, даже как-то робко, но легкое касание губами моего лба. Поцелуй перед сном! Квинтэссенция всего, что сейчас произошло! Последняя стадия просветления перед погружением в нирвану! А потом был мягкий нырок в темноту, раскрывшую для меня свои ласковые объятия…
…
…
Глава 9. Мы такие, какими нас видят. Часть 2
Бабушка и ее внучка (1)
— Внученька, давай заканчивай, обед уже готов.
— Хорошо, бабушка, сейчас.
Ответив, я слегка расстроено оглядел тщательно выполотые грядки. Увы, после удаления сорняков выяснилось, что от выращиваемых когда-то здесь трав и овощей почти ничего не осталось. Но ничего, бабушка сказала, что семена у нее есть, значит, после еды надо будет просто вскопать и засеять заново. А сохранившиеся растения пересадить отдельно. Да, так и сделаю.
Встав с коленок, я отряхнулся и с удовлетворением потянулся, расставив руки в стороны. Заодно вобрал в себя носом прилетевший запах, на что живот сразу отозвался предвкушающим урчанием. Похоже, будет грибной суп и тушеное мясо с картошкой. Местной, естественно. Небольшой участок на краю поляны, на котором она росла, также требовал к себе внимания, но вроде там можно будет обойтись простой уборкой лишней травы. Вкус, кстати, у нее немного другой, чем сохранившийся в памяти, ну, у той, что как бы от человека, однако выглядит почти так же и еще с замка я привык называть ее именно так. Хотя мои ли воспоминания?.. А, не хочу даже думать на эту тему. И вообще, пора уже пример брать с окружающих. Принимать действительность такой, какая она есть, не думая о прошлом.