Смотрю на Адель, она достает из сумочки связку с тремя ключами, один из которых магнитный для домофона.
— У меня чуть сердце в пятки не ушло, — говорит. — Я уже испугалась, что оставила их на работе.
Смотрю вперед. Запрыгнув за руль черного седана, Богдан выезжает со двора в другом направлении.
Какого черта он здесь делал?
Паркуюсь на его месте, глушу двигатель.
— Ты не против, если я поднимусь с тобой?
— Конечно, нет. Пойдем и ужаснемся масштабам катастрофы, — говорит Адель с тяжелым вздохом и открывает дверцу. — Я точно сейчас буду плакать.
Богдан ведь знает, что Адель переехала в дом родителей. Тогда почему он приехал сюда? Как вошел в подъезд? Кто-то из жильцов открыл ему? У него есть универсальный ключ? Или у него есть ключи от всех дверей, за которыми может находиться Адель?
Бред.
Бред бредовый.
Деми Мур?!
— О, господи.
— Что такое? В чем дело?
Смахиваю в сторону фотографии на iPad, сделанные Аверьяном.
— Здесь же… Здесь же Деми Мур, Скарлетт Йоханссон, Киану Ривз! Обалдеть!
— Скинь мне ссылку! — просит Настя, пережевывая бутерброд. Её лицо в зеленой маске занимает весь экран моего мобильника. — И как ты о таком не знала?
— Сайт такой содержательный, — просматриваю одну страницу за другой. — Боже мой! — пищу от восторга и тут же зажимаю рот рукой. — Наоми Кэмпбелл! Она здесь такая необычная. Невероятно красивая.
— И ещё разок: как ты могла не знать, что твой брат работает с настоящими звездами Голливуда?
— Я не знала, — бормочу, открыв вкладку In the corner[1]. Не знаю почему, но мое сердце сейчас бьется, как сумасшедшее. Будто каждое фото, которое я вижу, позволяет мне заглянуть в особенный мир Аверьяна, стать ближе к нему самому. — С ума сойти. Потрясающие работы… И, черт возьми, Настя! Он мне не брат!
— Ну всё! Живо отправляй мне ссылку, я тоже хочу повздыхать!
— Прости, — трясу головой и кладу iPad на кровать. — Я слишком увлеклась. Как твои дела? Как Питер? Как вообще?
— У-у. Ты какая-то потерянная.
— Я вовсе не потерянная, просто… Тебе знакомо чувство, когда по радио играет песня, которая становится хитом, а ты же считаешь её полным провалом, а потом, когда она опускается в рейтинге, ты вдруг находишь её потрясающей?
Настя собирается запихнуть в рот внушительный кусок бутерброда, но мой вопрос вынуждает её притормозить.
— Потрясающей? — смотрит она на меня. — Ты сейчас о братике говоришь?
— Хватит! — ёжусь от отвращения. — Не называй его так.
— Ладно. Так ты о нем говоришь?
— Аверьян оказался не таким, каким я его себе представляла.
Вообще-то я очень старалась этого не делать, и в течение многих лет у меня это отлично получалось. Но с тех пор, как Богдан стал докучать своим вниманием, я часто ловила себя на мысли: а одобрил бы лучший друг его выбор?
Их предпочтения в плане девушек одинаковы или совершенно разные?
Аверьян такой же липкий и вездесущий, как Богдан, или у него хватает ума понять, когда жать на тормоз, а когда на газ?
— И каким же он оказался? — спрашивает Настя и поглощает остаток бутерброда. — Помимо
Необыкновенным.
Тряхнув головой, отвечаю:
— Интересным. Он любит свою работу и предан ей так же, как и я своей, только в сотню раз больше.
— Это невозможно, — комментирует Настя с набитым ртом. — Ты на своей помешана.
— Но так и есть! — говорю, невольно поддавшись приятным воспоминаниям. — Когда он рассказывал о своем проекте, я, кажется, даже не дышала. Это было так увлекательно, необычно и… — Мне кажется, или в последнее время я стала непривычно разговорчивой? — Мне просто понравилось его слушать.
— Ага, — издает подруга заметно саркастическим тоном. — Он тебя очаровал.
— Приятно удивил.
— Нет, дорогуша! Он точно тебя очаровал. Кто бы мог подумать, что ночной кошмар окажется сказкой наяву?
— Знаешь, лучше ешь свой бутерброд и наводи красоту!
— Я его уже съела! — смеется Настя. — И что я такого сказала? Я имела в виду, что приятно иногда ошибаться, разве нет?
Очень приятно.
— Бывает.
— Так, а что там Богданчик? Аверьян в курсе, что его друг настойчиво ухаживает за тобой?
— В курсе. И ему всё равно.
— Всё равно? — прыскает со смеху Настя. — Как это? Он так и сказал тебе?
— Мы об этом не говорили. Но в субботу на вечеринке Дарина рассказала, что Богдан сообщил ему о своей симпатии, — говорю сквозь зубы. — Аверьян ответил, ему всё равно, что там между нами происходит.
— Не может этого быть! Старшие братья бесятся, когда их друзья испытывают влечение к их же сестрам! В их понимании это ненормально, аморально и вообще…
— Я сейчас брошу трубку!
— Как будто ты сама этого не понимаешь! — не унимается познавшая эту непростую жизнь подруга. — Ну и что, что он сказал, будто ему всё равно? Ему не всё равно, поверь! Это то же самое, когда парень встречается с бывшей девушкой своего друга! Бывший смотрит на это и бесится.
— Совсем похожая ситуация, — закатываю глаза.