Во благо государства (СИ) полностью

Наёмник затравленно огляделся по сторонам, но бежать всё же не решился и позволил десятнику забрать меч и кинжал. Мальчишка тоже безропотно отдал висевший у него на поясе небольшой нож, хотя все присутствующие прекрасно понимали, что его главное оружие осталось при нём.

— Не строй из себя героя, — на всякий случай предупредил его Кель’рин. — Ты не боевой маг, нападёшь на солдат — умрёшь. Не делай глупостей и останешься жив.

— Я пожалуюсь на вас мастеру, — обиженно проговорил ученик.

— Он-то нам и нужен. Он здесь?

— Кель’рин, не трать время, я его отсюда чувствую! — окликнула Исан’нэ. — На втором этаже, у окна. Пошли! — позвала она и первой устремилась ко входу. Молодому магу ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

Вопреки ожиданиям, помещение, в котором они оказались, войдя в дверь, ничем не напоминало алхимическую лабораторию. Обычная гостиная богатого особняка, обставленная дорогой мебелью, с картинами на стенах, камином, несколькими дверьми во внутренние комнаты и расположенной напротив входа лестницей наверх. Сам хозяин дома встретил их, стоя на венчающем её небольшом балконе в компании двух мужчин-бездарей. В отличие от своих облачённых в варёную кожу и сжимающих в руках короткие степные луки телохранителей, он был одет в обычный балахон с эмблемой Гильдии на груди и, вроде бы, не вооружён. Хотя, разумеется, от гирлянды амулетов с довольно сильными искрами и вполне способных содержать заготовки боевых форм серебряных колец вполне можно было ждать сюрпризов. Да и висящая у него на длинном ремне через плечо внушительная кожаная сумка, внутри которой он прятал левую руку, могла содержать всё, что угодно.

Несколько мгновений все молча смотрели друг на друга

— Госпожа капитан, господин комиссар! — с вызовом в голосе заговорил Альфин. — По какому праву вы врываетесь в мой дом и угрожаете моим людям?

— У меня приказ регента о твоём аресте, — злорадно ухмыльнулась Исан’нэ, — так что спускайся, снимай магические предметы и отправляйся с нами. Вы двое тоже отдайте оружие.

Наёмники неуверенно покосились на своего хозяина, ожидая приказов, но никто не двинулся с места.

— И куда же вы собираетесь меня вести? В пыточный подвал? На казнь? — спросил тот. — Я под защитой Договора, Гильдия это просто так не оставит…

— Пойдёшь, куда я скажу! — оборвала его капитан тайной стражи. — Можешь сделать это сам, или мои люди понесут то, что от тебя останется, — сказала она, хищно прищурившись и чуть склонив голову на бок. — Решай. Ты меня знаешь.

— О, я прекрасно знаю, что ты такое! — угрюмо проговорил Альфин с мрачной решимостью на лице. — Я…

Исан’нэ ударила, не дожидаясь, чего ещё он скажет. Амулеты тут же среагировали, немедленно окружив своего хозяина несколькими яркими плёнками дополнительных барьеров, выбросили навстречу защитную паутину и нити остроты, призванные сорвать атаку, однако этого было слишком мало. Ни охрана, ни сам мастер алхимистики ещё не успели толком сообразить, что на них напали, как искры двух из восьми защищавших его зачарованных предметов уже погасли. Остальные шесть хоть пока и сохранили своего владельца в неприкосновенности, заметно потускнели, и было очевидно, что продержатся они недолго. По-видимому, Альфин тоже это понял.

— Стреляйте! — взвизгнул он, отпрыгивая от перил, вскидывая правую руку с кольцами и одновременно левой выхватывая что-то из сумки.

Сорвавшуюся с кольца боевую форму Кель’рин уже ждал. Дурная привычка совершать ненужные для дела жесты, применяя такое оружие, которую в своё время выбивал ножнами меча из молодого мага его собственный учитель, выдала атаку, заранее обрекая её на провал. Сложная и, в принципе, рассчитанная на преодоление довольно серьёзной защиты конструкция из паутинок силы, рассыпалась в воздухе под контрударами как самого молодого мага, так и проснувшейся от угрозы Хиссан.

— Враги. Можно⁈ – тут же радостно поинтересовалась она, и он впервые ответил «да». Разрешающую мысль молодой маг сопроводил образами телохранителей алхимиста, которые ещё только накладывали стрелы.

Оба погибли, так и не успев сделать ни единого выстрела. Того, которого он решил взять на себя, Кель’рин отправил в пустоту в строгом соответствии с Принципом Рациональности Хель’кана. Аккуратно проткнув барьер, он, не тратя ни малейшей толики лишних сил, оборвал соединяющие голову с телом нервы, мгновенно парализуя противника, после чего остановил его сердце. Хиссан была не столь аккуратна. Слабенькую естественную защиту неодарённого она разбила с силой, которой хватило бы на полноценного мага, тут же с невероятной быстротой отсекла искру, но на этом не остановилась. Вызывая стойкие ассоциации с описанным в трактате «О сущности вампиров» способом питания оных, Хиссан подхватила её, не давая погаснуть, и тут же втянула в себя. И хотя этот процесс сопровождался волной удовлетворения и довольства, молодой маг мысленно вздрогнул от неприятных ассоциаций.