Во главе «Дикой дивизии» полностью

При прочтении известной фамилии, прежде всего, приходит на память имя Екатерины Константиновны Брешко-Брешковской (1844–1934), видной деятельницы народнического движения, позднее, после Февральской революции 1917 года, прозванной с «легкой руки» А.Ф. Керенского «бабушкой русской революции». Ее сын Николай Николаевич Брешко-Брешковский (1874–1943) с младенческого возраста оказался в семье дяди, в Заславле на Волыни, где и воспитывался, и вырос. Он не пошел по стопам матери в революцию, а выбрал другой путь. В годы Великой войны он являлся известным корреспондентом, занимался литературной деятельностью. Именно он был гостем «Дикой дивизии», о чем упоминается в дневниковой записи великого князя, наблюдал за ее боевыми действиями на фронте и был хорошо знаком с Михаилом Александровичем. Позднее в эмиграции Н.Н. Брешко-Брешковский написал более тридцати романов. Среди его работ был роман «Дикая дивизия», в котором дан светлый образ «августейшего командующего» ею, за что навлек на себя острую критику в эмиграции демократов и социалистов. Однако теперь этот роман опубликован и в России, что не было доступно в советские времена. Автор романа писал:

«Во главе дивизии был поставлен брат Государя – великий князь Михаил Александрович, высокий, стройный, сам лихой спортсмен и конник. Такой кавалерийской дивизии никогда еще не было и никогда, вероятно, не будет»[301].

Отметим, что в романе по поводу великого князя Михаила Александровича отражается небольшой хронологический период, когда после успехов и неудач русская армия, освободив часть Галиции, летом 1915 г. вела бои на линии реки Днестра. Имеется в романе специальная глава, посвященная «венценосному командиру». Далее Брешко-Брешковский рассказал о событиях, связанных с «Дикой дивизией» и ее отдельными представителями вплоть до Октябрьского переворота большевиков 1917 г., но о судьбе брата царя почти не упоминается. Хотя есть любопытное утверждение, что если бы личный конвой Государя Николая II в феврале 1917 г. состоял из кавказцев, как в былые времена императора Александра II, то отречения от престола они бы не допустили.

Автор Н.Н. Брешко-Брешковский написал свое произведение на основе личных наблюдений реальных событий на фронте, перечисляя многих ныне почти забытых героев.

Он приводит свои репортерские расспросы многих свидетелей боев, передавая своеобразие рядовых героев и даже кавказский акцент их слов. Так, например, из разговоров с хозяином цукерии в Тлусте-Място в Галиции выясняется, что брата царя:

«Конвой охраняет, а начальник конвоя ротмистр Бичерахов – осетин. Великий князь очень храбрый: все вперед, все вперед! А только Юзефович, полковник, начальник штаба, не пускает. “Ваше Высочества – говорит, – я вашай маменьке императрица слова дал, буду беречь ваша священии особа”… Как следует охраняет!

– Кроме конвоя, есть еще и тайная охрана?

– Есть! Четыре политических сыщик. Только он об этом ничего не знает, “Михайло”.

– Как вы сказали?

– Михайло, говорю! Наши туземни всадники так называют великий князь: “Наш Михайло”».

Н.Н. Брешко-Брешковский особо отмечал:

«Наше повествование относится к моменту, когда после успехов и неудач русская армия, освободив часть Галиции, задержалась на линии реки Днестра. “Дикая дивизия” занимала ряд участков на одном берегу, более пологом, а к другому, более возвышенному, подошли и закрепились австрийцы».

Приведем в описании Николая Брешко-Брешковского одну весьма небольшую главу «Великий князь Михаил», чтобы понять, как воспринимался наследник престола своими современниками, лучше почувствовать атмосферу тех лет. Итак, продолжаем читать некоторые места из этого произведения: