Все это время над конвоями в море, в районах Кенигсберга, Пиллау (ныне Балтийск) и Данцига, куда больше всего приходилось вылетать на боевые задания, хваленые "фокке-вульфы" и "мессершмитты" при встрече с "лавочкиными" и "Яковлевыми" лишь огрызались, подчас отходили в глубину своих войск или в море. И только над военно-морской базой Либава они дрались, можно сказать, насмерть. За уклонение от боя командование окруженной курляндской группировки карало их беспощадно.
Мощную сухопутную группировку и порт Либаву, с воздуха прикрывала всем составом 54-я эскадра. Хотя ее боеспособность значительно снизилась, но все же при нанесении ударов по наземным объектам и порту Либаве летчики "Зеленого сердца" наносили нашей авиации чувствительные потери.
Мы, гвардейцы 1-й гвардейской истребительной дивизии, понимали, что придется вновь скрестить мечи с "фокке-вульфами" на завершающем этапе войны.
Силы фашистского люфтваффе слабели с каждым днем. Даже когда наши войска и силы флота в Восточной Пруссии рассекли фашистский фронт на три изолированные группировки - хельсбергскую, кенигсбергскую и зем ландскую - и приступили к разгрому вражеских соединений, фашистская авиация оказалась неспособной помочь обреченным войскам.
Воздушные бои стали редкими. Летчики нашего полка за это время сбили всего три ФВ-190. Но война остается войной. Мы латали пробоины, меняли моторы на самолетах, получивших повреждения от зенитных снарядов. К счастью, в феврале и марте в воздухе потерь не было, зато на земле, отвоеванной у врага, нас подстерегали сотни различных мин, взрывных ловушек и других зловещих сюрпризов.
Теперь мы стали более осторожными на земле, а летчиков вновь и очень настойчиво стали обучать противозенитным маневрам и подавлению зенитных средств противника. Для этого в каждом задании выделялись специальные ударные группы.
С первых дней апреля наши войска громили разобщенные вражеские группировки в Восточной Пруссии. Кенигсбергом занялись войска 3-го Белорусского фронта. Особо важная роль отводилась тяжелой артиллерии и авиации фронта и флота, предназначенных для разрушения мощных фортов, располагавшихся несколькими поясами вокруг города. Враг рассчитывал на длительную оборону в условиях полной изоляции.
1 апреля наш полк вновь перебазировался на аэроузел восточнее и южнее Кенигсберга, чтобы вместе с истребителями авиакорпуса фронта прикрывать войска и ударную авиацию.
Летчики здесь воевали на американских самолетах "кобра", и наш прилет на лучших советских машинах Ла-5 и Ла-7 оказался для них хорошим подспорьем. Правда, погода вначале подвела. Несколько дней дождь со снегом приковывали авиацию к аэродромам, большинство из которых размокли до предела. И только 6 апреля авиация смогла подняться в воздух и поддержать артиллерийский удар. Около двух тысяч самолетов непрерывным потоком с различных высот и направлений обрушились на укрепления врага. Истребители, заняв самый верхний эшелон, создали плотный "зонтик", под которым бомбардировщики, штурмовики и разведчики могли работать спокойно.
Трое суток, день и ночь, войска штурмовали старинное осиное гнездо прусской военщины. Огромный город в огне пожарища. Сплошное облако черного дыма поднялось до высоты трех тысяч метров над крепостью, которую Гитлер считал неодолимой.
С каждым днем накал штурма возрастал, авиация наносила массированные удары. Только 7 апреля было совершено около 4800 боевых вылетов, а 9 апреля - в последний день штурма - участвовало 1500 бомбардировщиков и штурмовиков. Вечером поверженный гарнизон капитулировал. Пала вековая цитадель прусского милитаризма.
Не делая передышки, войска 3-го Белорусского фронта и силы Балтийского флота приступили к ликвидации земландской группировки врага. Гитлеровское командование прилагало все усилия, чтобы задержать продвижение наших войск к порту Пиллау, через который на боевых и транспортных кораблях фашисты спешили вывезти войска и боевую технику в западные порты Балтийского побережья. Ожесточенные сражения на узком участке фронта продолжались до 25 апреля. Авиаторы Балтики оказали фронту существенную помощь. В порту Пиллау они потопили и повредили большое количество кораблей и судов, закупорив фарватер выхода в море, и эвакуация фашистских войск была сорвана. В захваченном затем порту было обнаружено 115 потопленных судов, в том числе десять крупных транспортов, танкер, две подводные лодки и плавучий док.
