Света вздрогнула, обернулась — в комнату неслышно вошел Антон.
— Ты?! Что тебе от меня нужно?
— Мне? Мне-то ничего.
— А зачем же тогда пришел?
— Оказывается, это очень важно для твоего отца.
— Для моего отца?
— Именно. Мы с мамой влипли в неприятную историю, и у нас нет ни копейки денег. Вот она перед ним и выслуживается! Умоляла, чтобы я к тебе пришел — налаживать семейные отношения.
— И ты пришел? — Да.
— А теперь — пошел отсюда вон! — в голосе Светы осталась только какая-то брезгливость.
— Да уж, веселенький у нас роман получается, — спокойно и безрадостно усмехнулся Антон. — Моя девушка, мать моего ребенка, выгоняет меня из моего же дома, а мне и крыть нечем!
— Ты сам в этом виноват!
— Снова пишешь? — Антон смотрел на проявляющиеся в портрете черты немолодого женского лица. — Чей-то заказ?
— Это покойная бабушка Кармелиты.
— Покойная, так же как и наши с тобой отношения. Они ведь у нас умерли, так?
— Да, Антон, они умерли. Ты это хотел от меня услышать?
— В общем, да.
— Ну, вот и услышал! Теперь иди к маме со спокойной совестью и скажи ей, что ты пытался наши отношения восстановить, но у тебя не получилось.
Потому что это невозможно!
— Невозможно? То есть у тебя никаких претензий ко мне нет?
— Антон, мне от тебя абсолютно ничего не нужно.
— Очень хорошо. Только, пожалуйста, Света, передай то же самое своему папаше. Скажи ему, что я тебе не нужен, что я — последний подлец. И ты меня видеть не можешь! Ладно?
— Хорошо, я поговорю с ним.
— Ну, вот и славно! Отношений у нас больше нет, но договориться-то мы всегда можем, — и без особых прощаний Антон пошел к выходу.
Пока Максим был в больнице с Палычем, у Кармелиты один за другим раздались два телефонных звонка. Сначала звонили от следователя — просили срочно приехать и обещали прислать машину. Второй звонок был гораздо страшнее.
Рука как будто каким-то особым бандитским нюхом чувствовал, когда лучше всего позвонить девушке и напомнить о себе. Но на этот раз разговор пошел уже не об Удаве и Форсе, а об Удаве и Рыче. Подтвердить следователю, что именно Рыч и есть Удав — вот чего требовали теперь от Кармелиты. Требовали и угрожали жизнью Максима, жизнью ее выстраданной любви и судьбы!
Милицейская машина привезла Кармелиту к зданию Управского уголовного розыска. У входа стояла Люцита, держа лошадиные поводья и поглаживая загнанную лошадиную морду. При виде Кармелиты глаза у Люциты загорелись надеждой. Она бросилась к сводной сестре, но сопровождавший Кармелиту милиционер ее не пустил. Сама же Кармелита, опустив глаза, прошмыгнула внутрь вместе с милиционером. Люцита пошла следом.
А в кабинете Солодовникова уже сидел Рыч. Ефрем Сергеевич усадил Кармелиту и тут же приступил к допросу.
— Кармелита Рамировна, вы знаете этого человека?
— Знаю. Он работал охранником в нашем доме. Папа ему доверял.
— Что именно входило в его обязанности?
— Дом охранять. И меня тоже.
— Претензии к нему были?
— Да нет, не было претензий.
Рыч посмотрел на Кармелиту с благодарностью.
— В таком случае, почему же ваш отец его уволил? — продолжал следователь.
— Я не знаю, — опустила глаза девушка, — я не вникала в дела отца…
— А то, что этот человек покушался на жизнь Максима Орлова, вы тоже не знаете?
— Это я знаю… — вздохнула Кармелита.
— Тогда почему же вы скрываете, что именно из-за этого покушения ваш отец уволил Голадникова?
Кармелита молчала, и тогда следователь продолжил:
— Из показаний Голадникова ясно, что он мстил вашему отцу. Именно поэтому он украл золото.
— Об этом я ничего не знаю, — растерянно лепетала Кармелита.
— Да, все так и было, — пришел ей на помощь сам Рыч.
— Вот видите, Зарецкая, Голадников подтверждает свою вину.
— Но это золото с похищением Кармелиты никак не связано! — Рыч еще раз поспешил повторить то, что говорил Солодовникову уже не раз.
— Он участвовал в вашем похищении? — продолжал следователь допрос Кармелиты.
— Участвовал. Но его заставили!
— Почему вы так решили?
— Потому что мы с ним оба были связаны. И он помогал мне бежать. В общем, он рисковал жизнью!
— Ну и что в итоге, вы тогда убежали?
— Нет…
— Понятно. А вам не приходило в голову, что он находился рядом с вами специально? Контролировал ситуацию? Ну и, конечно же, был связан, чтобы не вызывать подозрений! Может такое быть, как вы думаете?
Угрозы Руки отчетливо зазвучали в ушах Кармелиты.
— Не знаю… — прошептала она.
— У нас это называется "подсадная утка", — объяснял тем временем Солодовников. — Вы подумайте об этом, подумайте!
— Да нечего мне думать — я сказала все, как оно было на самом деле! — Кармелита стряхнула с себя наваждение и заговорила решительно. — И придумывать я тут ничего не собираюсь!
Но в следующую секунду угрозы бандитов убить ее Максима снова предательски всплыли в памяти.
Выходя из больницы, Максим вспомнил, что у него назначена встреча с Астаховым, — и сразу же поехал к нему.
Но в астаховском доме он, нос к носу, столкнулся с человеком, которого, с некоторых пор, увидеть здесь никак не ожидал. Правда, это тоже был Астахов, но совсем не тот, — Максим встретился с выходившим от Светы Антоном.
